КРЕАТИВ

Украинский фриланс во время войны. Как работают дизайнеры, райтеры и фотографы

27 апреля 2022, 17:00
15 мин чтения
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
Добавить в закладки

Любую статью можно сохранить в закладки на сайте, чтобы прочесть ее позже.

Український фриланс під час війни. Як працюють дизайнери, райтери та фотографи
Режим чтения увеличивает текст, убирает всё лишнее со страницы и даёт возможность сосредоточиться на материале. Здесь вы можете отключить его в любой момент.
Режим чтения

Режим чтения увеличивает текст, убирает всё лишнее со страницы и даёт возможность сосредоточиться на материале. Здесь вы можете отключить его в любой момент.

Фрилансеры во время войны не могут рассчитывать на поддержку компании. Им не помогут с релокейтом и не проведут вебинар с психологом. Рассчитывать следует только на себя. В то же время фриланс стал одним из решений для потерявших работу специалистов и до сих пор является основным источником дохода многих специалистов креативного фронта.

Как обстоят дела у украинских фрилансеров, какие направления пользуются спросом и что по новым заказам и гонорарам? Мы побеседовали с дизайнерами, фотографом, иллюстраторкой и райтерами и наложили их ответы на статистику. И вот что вышло.

Украинский рынок труда во время войны

Согласно результатам опроса IT-специалистов DOU, в конце марта 6% респондентов искали работу. Чаще это специалисты по продажам (18%), сисадмины (18%), дизайнеры (15%), специалисты поддержки (15%) и маркетингу (13%).

Cases.Media исследовали креативные индустрии. Согласно результатам их опроса, до войны у 27% респондентов не было постоянной работы (к этой группе относятся студенты и фрилансеры). 34,6% процентов специалистов, имевших постоянную работу до войны, остались без нее. Среди потерявших работу немало дизайнеров (графических, веб- и продуктовых), контент-менеджеров и коммуникационщиков. Лишь 7,4% потерявших работу уже нашли альтернативу.

Согласно результатам онлайн-опроса на сайте Work.ua, в начале апреля почти 29% компаний временно не работают или полностью приостановили свою работу.

Но не все так плохо, есть и тенденция к постепенному обновлению.

Так, по словам соучредителя Work.ua Артура Михно, в первый день войны количество соискателей и отзывов упало почти в десять раз (с 70 000 до 7000 отправленных резюме в день). А вот уже на вторую неделю начался рост. Только за 10–11 марта украинцы отправили 35 000 резюме, что составляет 50% от довоенного объема. 10 марта сайт Work.ua посетило 12 000 работодателей. В довоенное время эта цифра достигала 50 000.

4 апреля количество актуальных вакансий на платформе достигло 10 000 — вдвое больше, чем после начала полномасштабного вторжения. Вдвое увеличилось и количество компаний, имеющих актуальные вакансии на Work.ua. 15 марта таких компаний было 3029, а уже 4 апреля — 6025.

Рынок фриланса

Утратившие работу специалисты могут переходить на фриланс, чтобы поддерживать себя финансово. Находить заказ можно с помощью «сарафанного радио», постов в соцсетях или на специальных биржах, таких как Upwork или украинский Freelancehunt.

Платформа Freelancehunt опубликовала аналитику о положении дел украинского фриланса. Новых фрилансеров стало на 13% больше, чем до полномасштабной войны.

Растет спрос на дизайнеров, а именно иллюстрации для поддержки Украины, разработку логотипов и дизайн вебсайтов. Также повысился и бюджет на выполнение таких проектов — с 5,66% до 6,18%.

Сейчас заказчики реже публикуют проекты для копирайтеров: показатель снизился с 6,47% до 3,66%. В то же время есть спрос на переводчиков: количество заказов выросло с 1,61% до 2,84%. Freelancehunt объясняет это тем, что бизнесу нужно переводить контент для западного рынка.

Как изменился рынок фриланса во время войны: есть ли заказы?

Чем занимались герои материала до полномасштабного вторжения

UX/UI-дизайнер Антон Гречинский работает на фрилансе последние три года. В преддверии войны выполнял заказы от лендингов до больших интерфейсов. Дизайнер Полина Дудник имела full-time работу в маркетинговой компании. Рекламный и портретный фотограф Даниил Привет работает на фрилансе около пяти лет. До начала полномасштабного вторжения России среди его клиентов были крупные украинские и международные бренды — Sony, Nestle, Oreo, Jägermeister, Puma Ukraine, Multiplex, «Новая Почта».

Райтер Татьяна Гонченко работает на фрилансе примерно четыре года и специализируется на нативной рекламе, экспертных колонках и текстах для бизнеса. За неделю она готовила от 3 до 7 текстов. Накануне российского вторжения Татьяна имела множество планов — подписала договор с издательством и начинала писать книгу о фрилансе. Также редактировала более 100 000 символов текста для масштабной выставки в Киеве на экономическую тематику и продюсировала запуск конкурса о предпринимателях Донецкой и Луганской областей.

Райтер и иллюстратор Ярослав Борута пишет на фрилансе с 2009 года. В 2020-м вместе с другом открыл видеопродакшен DeltaShot, для которого также пишет сценарии. В том же году Ярослав заинтересовался графическим дизайном и иллюстрацией и стал работать с этим направлением. В последнее время писал сценарии и материалы, разрабатывал плакаты и брендинг.

Иллюстратор Мария Правосуд до войны работала арт-директором бренда обуви HVOYA и иногда фрилансила как фотограф. Последние съемки провела с URSO garment и MAKHNO Studio.

Остались ли «старые» клиенты

Все герои материала находятся в Украине. Преимущественно перебрались на запад страны и ждут, когда власти разрешат возвращение в Киев. Дизайнер Полина Дудник осталась в столице, чтобы волонтерить на месте.

В первые недели войны почти весь украинский фриланс стал на паузу из-за неопределенности будущего. В апреле заказчики начали понемногу снова обращаться за услугами фрилансеров.

С клиентами героям повезло по-разному — у кого остались все заказчики, у кого — только пару проектов или совсем ничего.

Я продолжаю сотрудничать со «старыми» заказчиками в долгосрочных проектах. В основном это украинский малый бизнес. Раньше было несколько проектов с общественными организациями и малым бизнесом из Эстонии и Швеции. Находил клиентов через знакомства в путешествиях и дизайнерские подборки, в которых публиковали мои работы.

До 24 февраля сотрудничал с несколькими заказчиками, которые имели связи с российским рынком, или сами клиенты могли быть давно выехавшими из страны россиянами. После 24 февраля навсегда прекратил сотрудничество с ними и полностью отошел от использования российских сервисов или платформ.

Клиенты маркетингового агентства, в котором я работала, — это компании из Украины и СНГ. Большинство из них не смогли продолжать свою деятельность после начала войны. Мой работодатель не мог оплачивать работу всего штата. Поэтому мы рассчитались за февраль, а затем перешли на попроектную оплату, когда появляются задания.

Работа после 24 февраля полностью остановилась, все проекты стали на паузу, новые проекты в рекламной сфере не появляются. Через два месяца некоторые заказчики вернулись, и я передаю им фотографии, которые мы делали до начала полномасштабного вторжения. Понемногу они будут заниматься постпродакшеном этих кадров.

Написание книги и оба проекта утратили актуальность и поставлены на «стоп». В первый месяц вторжения у меня совсем не было коммерческих заказов на тексты. Да и работать было сложно — няня моей двухлетней дочери осталась в Киеве, а в новом жилье не было интернета. Поэтому я понемногу волонтерила на информационном фронте — писала (и дальше пишу) истории пострадавших на войне для проекта War. Stories from Ukraine.

Впоследствии условия наладились. К дочери приехала бабушка, а у меня появилось два места с интернетом, где можно поработать, благодаря местной общественной организации и тернопольской IT-компании, для которой я писала до войны.

С начала апреля у меня наладился более или менее стабильный график работы и появились первые коммерческие заказы. Сейчас работы хватает, но это совсем не такой насыщенный график и мощный темп, как был до войны.

Сейчас примерно 70% моей работы от предыдущих заказчиков, но темы крутятся вокруг войны. К примеру, это колонки о том, как IT-компания заботится о своей команде в новых условиях; как изменилась логистика во время войны; аналитический текст о том, почему отдельные компании не ушли с российского рынка. Это все украинские заказчики, на зарубежный рынок я не работаю — моего английского для этого не хватит.

Из старых заказчиков удалось продолжить работу только с видеопродакшеном SAMI — пишу сценарии для онлайн-курса. С другими заказами хуже: они либо заморожены, либо вообще упразднены.

С началом войны HVOYA приостановила работу, а я начала активнее делать иллюстрации на фрилансе, чем сейчас и зарабатываю. Иллюстрации заказывают как украинцы, так и иностранцы. Удалось разработать иллюстрации для бренда одежды, а также сделать мерч.

В апреле HVOYA понемногу возобновляет работу. Сейчас работаю над визуальной концепцией весенне-летней победной коллекции.

Удалось ли найти новых клиентов?

Большинство героев столкнулись с проблемами в поисках новых клиентов. Антон получил только один новый проект с помощью «сарафанного радио». Полина решила осваивать Upwork, чтобы сотрудничать с зарубежными заказчиками. Даниилу совсем не удалось найти новых клиентов, поэтому он начал давать уроки из ретуши через Zoom.

Чтобы разобраться с Upwork, советую найти кого-нибудь, кто уже там работает. Я оформила профиль, заполнила все необходимые поля, а друг помог оформить заказ и передал первого клиента.

Далее я оформила портфолио и подавалась на многие заказы, быстро отвечала на сообщения — и так появились следующие клиенты.

Заказчики остаются довольны сотрудничеством. Был один неприятный момент, когда клиент перешел на обращение «Little bossy girl». Я стараюсь общаться всегда дружелюбно, но стоит быть осторожнее и следить за личными границами и общим тоном разговора. С bossy проект мы так и не завершили, но рассчитались за проделанную работу, в чем большой плюс Upwork.

Два месяца войны прошли очень в странном режиме. В последнее время я уделяю внимание самообразованию — от технических моментов в фотографии до коммуникации с клиентами и командой. Повышаю свою квалификацию с верой, что я смогу использовать ее в будущем. Гонораров нет, все это время я живу на своей «подушке безопасности».

Недавно я понял, что могу конвертировать свои знания из постпродакшена и ретуши в учебный процесс. Я начал заниматься с людьми дистанционно через Zoom. К занятиям подхожу индивидуально, согласно уровню ученика и его запросу. Это та ситуация, когда можно сказать, что один год обучения в педагогическом университете не прошел даром.

Я стала более гибкой — если раньше фокусировалась исключительно на бизнес-текстах, то сейчас готова браться за разные темы. Например, один из моих новых заказчиков — сайт для преподавателей журналистики, которому нужны тексты об образовании.

Появился один новый заказчик — Региональный медиабатальон. Пишу для них один материал, надеюсь, буду писать и дальше. В общем, новых заказчиков сейчас искать сложно. Все, что вижу на фрилансе, — это или задача «на сегодня на вечер», или что-то с возмутительно низкой оплатой.

Мои иллюстрации много репостят в Instagram, благодаря этому находятся новые заказчики. Предлагают сотрудничество за границей и собираются продавать мои иллюстрации в Европе. Это очень мотивирует.

Уменьшение гонораров и благотворительность

Дизайнер Антон отмечает, что оплата его труда осталась на таком же уровне, как и до полномасштабного вторжения. Чтобы поддержать бизнес, он делает скидку 10% для клиентов из Украины.

Райтер и иллюстратор Ярослав также отмечает, что оплата не изменилась. Также до войны он имел Patreon, продавал работы через Instagram, на ярмарках, в Zakapelok и Yermilov Centre. Теперь все полученные из этих источников деньги он перечисляет в БФ «Повернись живим» и волонтерской команде «Зграя» в Киеве.

Заработок дизайнера Полины уменьшился в 1,5–2 раза, но девушка планирует его восстановить благодаря увеличению заказов с Upwork. Заработки иллюстраторки Марии уменьшились вдвое, учитывая full-time работу и фрилансы. Однако именно гонорары за иллюстрации даже немного увеличились из-за высокого спроса. Большую часть этих гонораров девушка отправляет на помощь ВСУ.

Райтерка Татьяна сейчас соглашается на меньшие гонорары, но подчеркивает, что совсем демпинговать также нельзя: «До войны я уже не бралась за тексты, которые стоили менее 2500 грн, а сейчас готова браться за заказ от 1000 грн, если это быстро и не слишком сложная задача».

Что помогает поддерживать производительность

В первые дни полномасштабной войны очень хотел быть полезным, поэтому хватался за любой призыв о помощи. В то же время много прокрастинировал и отдыхал из-за тяжелого внутреннего состояния. Где-то за месяц смог выйти примерно на ту же производительность, которая была до 24 февраля, но до сих пор не могу достичь 100% уровня.

Сохранять производительность и эмоциональное состояние мне помогают объятия, разговоры с близкими, юмор и волонтерство.

Первый месяц войны не мог сконцентрироваться ни на чем. Потом появилось понимание, что сейчас удачное время, чтобы каждый стал немного лучше и чему-то научился. Я думаю, если 100 или 100 000 украинцев станут за этот период немного лучше, это повлияет на Украину, когда война закончится.

До полномасштабного вторжения у меня были проблемы с тревожностью, и я употреблял лекарства. Но с 24 февраля у меня исчезла тревожность и появилась возможность в более нормальном состоянии проработать свои внутренние проблемы и расставить приоритеты.

Работа — это то, что помогает мне психологически держаться. Концентрироваться на одной истории (даже если это история о войне) гораздо легче, чем бесконечно листать ленту и пропускать через себя страшные рассказы каждые десять секунд. А еще более или менее стабильный график помогает создавать иллюзию, что нынешняя моя жизнь хоть чуть-чуть похожа на «нормальную». Что я не просто «пережидаю» плохие времена, а продолжаю жить, создавать что-то новое и развиваться.

Только неделю назад я начал приходить в себя и понимать, что нужно работать.

Работать сейчас очень тяжело. Я плохо думаю, становится получше, когда выпью кофе. Чтобы сделать хотя бы пару задач, приходится прилагать большие усилия. Еще мне помогают прогулки с собакой, двигатель утром и сладости. После 17:00 уже не могу работать, морально устаю.

Итог

  1. Фриланс — хороший способ поддержать себя финансово, если не удается или не хочется переустраиваться на full-time.
  2. Рынок фриланса восстанавливается быстрее других видов бизнеса. За первые две недели апреля платформа Freelancehunt смогла достичь отметки 66% довоенного уровня по количеству проектов от украинских заказчиков.
  3. Гонорары от украинских клиентов снизились. Согласно аналитике Freelancehunt, в марте средний чек на сервисе среди украинских заказчиков снизился на 8%.
  4. Если уровень английского языка позволяет, следует попробовать себя на иностранных фриланс-биржах. Согласно аналитике Freelancehunt, иностранные заказчики сейчас публикуют на 10–12% больше проектов, чем до войны, а средний чек оплаты не изменился.
  5. Рынок труда также постепенно восстанавливается, увеличивается количество вакансий и публикующих их компаний.
  6. Следует подготовить портфолио, чтобы новые заказчики выбирали вас.
  7. Уделяйте время самообразованию, чтобы наращивать компетенции.
  8. Работа поддержит психику, но не забывайте отдыхать.

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
БИЗНЕС Как зарабатывать на фриланс-биржах
Фриланс-биржи, где можно заработать
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
03 октября 2021, 18:00 12 мин чтения
КРЕАТИВ Vector запускает PR-неделю. Главредом стал Владимир Дегтярев
Vector запускает PR-неделю. Главредом стал Владимир Дегтярев
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
12 апреля 2021, 09:00 12 мин чтения
Опыт и мнения Меньше согласований, больше контекста. 5 выводов после перехода из агентства в стартап
Меньше согласований, больше контекста. 5 выводов после перехода из агентства в стартап
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
06 апреля 2021, 08:00 6 мин чтения
Загрузка...