Истории

Google исполняется 20 лет. 10 малоизвестных фактов о компании

Дмитрий Кошельник 27 — сентября — 20:29

27 сентября Google отмечает свой день рождения, в 2018 компании исполняется 20 лет. За это время небольшой проект двух аспирантов превратился в компанию с рыночной капитализацией более $800 млрд. Понадобится написать несколько скучных книг, чтобы пересказать длинную историю компании, но мы выбрали 10 ключевых фактов, без которых Google могла бы и не праздновать сегодня свой юбилей.

Ларри Пейдж и Сергей Брин подружились не сразу

Ларри Пейдж приехал в Стэнфордский университет в 1995 году. В то время он заканчивал бакалавриат в Мичиганском университете. В Стэнфорд он собирался поступить на аспирантуру. Сергей Брин уже успел получить степень бакалавра в Мэрилендском университете. В тот момент он в качестве аспиранта проводил экскурсии для потенциальных студентов. Пейдж попал в группу Брина.

Сейчас они вспоминают, что показались друг другу неприятными, но ни о какой вражде речи не шло. Спустя несколько месяцев Пейдж стал студентом Стэнфорда. Тогда появилось больше времени на интеллектуальные споры с Брином. В итоге каждый проникся уважением к оппоненту.

Брин и Пейдж не собирались делать поисковик

Идея поисковой системы BackRub пришла Ларри Пейджу и Сергею Брину случайно. Они не ставили цель запустить поисковик. Но зато придумали новую систему индексирования, которая опиралась на так называемые перекрестные ссылки.

Пейджа заинтересовало, почему не учитывается мнение пользователя о веб-странице. По его логике, на самые популярные должно вести больше ссылок — ведь люди постоянно обмениваются полезной информацией. Это гораздо важнее, чем просто слова, которые используются на странице. Создание такой программы оказалось сложной задачей, которую помог решить Брин.

Итогом их работы стала поисковая система BackRub, которая использовала алгоритм ранжирования PageRank. Сначала она была примитивной и индексировала только названия страниц, но работала хорошо. При этом Пейдж и Брин определенное время пытались продать лицензию на PageRank большому количеству компаний — Yahoo!, Excite, Infoseek и другим.

Как Googol стал Google

Основатели собирались назвать ее Googol — это число, которое в десятичной системе пишут как единицу с сотнями нулей.

В 1998 году Пейдж и Брин нуждались в деньгах для своего стартапа. Привлечь деньги в поисковую компанию, когда на рынке хватает конкурентов — сложная задача. Брину и Пейджу повезло убедить вложиться основателя Sun Microsystems Энди Бехтольшайма. Он выписал чек на $100 000, но получателем указал не Googol, а Google. Впрочем, компания еще не была зарегистрирована, потому из-за этой ошибки проблем не возникло — пришлось всего лишь изменить название компании.

Компанию едва не продали

В первые годы Google успешно привлекала инвестиции. Помимо Бехтольшайма в нее вложились Джефф Безос, профессор Стэнфорда Дэвид Черитон и другие. Но продажа все равно обсуждалась — в 1999 году об этой идее создатели задумались всерьез. Тогда ее едва не купил главный конкурент — лидер рынка поисковиков Excite.

Пейдж и Брин хотели за компанию $1 млн. Excite долго сомневалась. Один из акционеров даже предложил сбить цену до $750 000, что помешало сделке состояться.

Также Google дважды едва не купила Yahoo!. Первый раз Пейдж и Брин предлагали купить Google за несколько миллионов, позже они подняли ценник до $5 млрд. Но на такие траты Yahoo! так и не решились.

Первый шеф-повар появился в компании 1999 году

То, что  сегодня Google бесплатно кормит сотрудников — известно всем. Но мало кто знает, что первый шеф-повар Google появился через год после создания компания. Им стал Чарли Айерс. В то время ему приходилось кормить только 40 сотрудников. Но Google продолжал активно расти и это добавило Айерсу посетителей. На момент ухода из компании Айерсу руководил штатом в 150 сотрудников и 10 кафе в штаб-квартире Google.

Дудлы Google

Тематические картинки, посвященные важным событиям или личностям, давно стали визитной карточкой поисковика. Первый дудл появился в 1998 году. Таким способом Ларри Пейдж и Сергей Брин оповестили пользователей, что отправились на фестиваль Burning Man. Шутка основателям понравилась, но сразу традицией не стала.

В 2000 году Пейдж и Брин попросили Денниса Хвана нарисовать дудл в честь Дня взятия Бастилии. Рисунок очень понравился основателям. Чтобы превратить дудлы в традицию, ответственным за них назначили Хвана. За все время компания выпустила более 2000 дудлов.

Playboy чуть не испортил IPO Google

В 2004 Брин и Пейдж решили вывести компанию на биржу. Подготовка к размещению акций включает период молчания. В течение этого определенного срока компания не должна раскрывать информацию, которая может повлиять на стоимость акций. Это делается для того, чтоб дать инвесторам возможность объективно обдумать все факты и риски.

Именно в этот период молчания вышло интервью Пейджа и Брина в Playboy. Комиссия по ценным бумагам могла посчитать, что предприниматели пытаются влиять на стоимость акций и отменить IPO. Ситуацию спасло то, что с изданием Пейдж и Брин общались за месяц до старта периода молчания. Все закончилось хорошо — комиссия не предъявила претензий. Google провела успешное IPO, а 1000 сотрудников компании стали миллионерами.

Google проиграл своим конкурентам из КНР

Для нас привычно считать Google непобедимым лидером рынка. Но были случаи, когда компания проигрывала конкуренцию по разным причинам. Например, в 2006 году Google пробовали переехать в Китай, но из-за местной цензуры Google пришлось вывести на рынок урезанную версию без Gmail и ряда других сервисов. Добавили проблем и коррумпированные и предвзятые чиновники. Местные конкуренты Google умели с ними договариваться, но американская компания в этом не преуспела. Закончилось все уходом с рынка в 2010 году. Ему предшествовал взлом Gmail-аккаунтов в конце 2009 года. Предполагается, что в кибератаке замешано правительство КНР.

Google поглощает огромное количество компаний

Поглощения — часть работы крупных корпораций, но Google делает их с пугающей скоростью. В 2010-2013 годах Google покупал в среднем одну компанию в неделю.

Компания безусловно продолжает активно приобретать интересные проекты. Но не каждый из них согласен на сделку. В свое время Google предлагала Марку Цукербергу $500 млн акциями за Facebook. Создатель Snapchat мог заработать больше — $3 млрд.

Будущее Google

В честь своего двадцатилетия компания провела специальную конференцию. На ней рассказали о многих инновациях, которые ждут самый популярный в мире поисковик. Например, Google Feed переименуют в «Discover». Теперь его разместят на главной странице поиска Google.com во всех мобильных браузерах. Работает он как новостная лента, в которой пользователь получит индивидуальную подборку контента.

Поисковик начнет запоминать запросы пользователя и при повторных возвращать в ту точку, где он закончил в прошлый раз. Также Google будет предсказывать поведение пользователей. Например, при запросе «мопс» пользователь обычно ищет фото или описание породы, а при «йоркширский терьер» методы ухода за шерстью. Такие нюансы будут учитываться, чтобы давать пользователю только нужную информацию.

Еще одна интересная идея — «Коллекции». Google разрешит собирать результаты поиска в коллекции. При этом поисковик будет выявлять закономерности и предлагать контент.

Теперь Stories будут не только в Instagram или Facebook, но и Google. Для их создания искусственный интеллект использует статьи, видео, картинки и другой контент. Результаты работы AI будут появляться в поиске.

Изменится и поиск картинок. В Google Images добавят технологии распознавания изображений Google Lens. Теперь, например, по запросу «детская» можно не только найти соответствующие фотографии, но и узнать конкретную модель кровати или шкафа.

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Бизнес

Команда «Будуй своє» съездила в варшавский акселератор Google и рассказывает, что он может дать украинскому стартапу

Партнёрский пост

Google for Startups — глобальная программа развития стартапов от Google. Корпорация построила 6 корпусов по всему миру. В каждом из них в течение полугода 10 стартапов-резидентов могут бесплатно развиваться при помощью менторов Google. Ближайший к нам кампус находится в Варшаве, но там до сих пор не было ни одного украинского проекта.

В 2017 году Ощадбанк запустил программу поддержки малого бизнеса «Будуй своє». Команда проекта съездила в варшавский кампус Google, чтобы узнать, как он устроен и пообщаться с резидентами. Рассказываем, что они узнали.

Как устроен кампус

Эскурсию по территории кампуса для команды «Будуй своє» провел один из резидентов — сооснователь стартапа theConstruct Пётр Юхнович. «На первом этаже находится открытое пространство, вы можете просто приехать, зарегистрироваться и бесплатно проводить здесь сколько угодно времени, выбрать любое место и работать. На втором и третьем этажах — пространство, предназначенное для резидентов».

По словам координатора Google for Startups Гжегожа Писарчука, кампус в Варшаве открыли с одной целью: собрать единомышленников, увлечённых мечтой открыть свою собственную компанию. В основном там работают со стартапами из Центральной Европы.

«Мы стремимся свести их в одном месте, где они могут работать, бесплатно пользоваться интернетом, пить вкусный кофе и превращать свои идеи в реальные компании», — объясняет Писарчук.

Что получают резиденты

В кампусе проходят регулярные менторские сессии между специалистами Google и предпринимателями, которые рассказывают, с какими трудностями они сталкиваются и как планируют их преодолеть.

«Кроме нашей образовательной программы мы знаем, что лучший способ донести знания — это вступительные встречи между наставником и подопечным, — говорит Гжегож Писарчук. — Мы собираем заявки от предпринимателей и регулярно организуем учебные встречи с сотрудниками Google 1-2 раза в месяц. Мы здесь — строители мостов. Подключаем специалистов из стартап-экосистемы и Google, чтобы помочь стартапам. Мы не берём никаких сборов ни за семинары, ни за организацию менторских сессий».

Когда вы подаёте заявку на любую из программ — выбранная группа наставников (всего их 20) подгоняет программу под вас. Они спрашивают о ваших приоритетах, проблемах, целях на следующие 6 месяцев и помогают их достичь.

«Я рассказал, что хочу поработать над маркетинговой стратегией, чтобы вывести свой продукт на новые рынки, и получил от Google эксперта, который выводит новые продукты, в частности, в Нью-Йорке. Также мне помогает профи по экспорту. Здесь потрясающие эксперты, мы часто общаемся с ними за кофе».

Как выяснила команда «Будуй своє», здесь у стартапов есть доступ к уникальным данным, которые обрабатывает Google.

Как стать резидентом

Гжегож Писарчук говорит, что сейчас в кампусе около 70 000 зарегистрированных членов сообщества: «Это место бесплатное. Единственное, что нужно сделать — зарегистрироваться на нашем сайте. Вы получите карту доступа и станете частью сообщества».

Украинские стартапы тоже могут подать заявку в варшавский кампус. Как поделились с «Будуй своє» резиденты, в программе могут участвовать только компании, у которых уже есть первые клиенты, доходы и минимальный опыт ведения бизнеса.

Что говорят о программе резиденты кампуса

Когда мы присоединились к программе, у нас было 60 пользователей. Сейчас — около 1000. Мы планируем набрать ещё пару тысяч в последующие несколько месяцев. Также мы получили много важных контактов. Летом прошлого года у нас была возможность общаться с более чем 10 экспертами из филиалов Google в США.

Во время программы мы узнали, как управлять командой и преодолевать трудности. Из мечтателей мы стали людьми, которые знают, что делают.


Ближайший набор на резиденцию в Google Campus Warsaw откроется 22 октября и продлится до 19 ноября. Подать заявку на участие можно по ссылке.

Подать заявку

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

«Ошибки всегда мои, победы — других. Так получается строить хорошую компанию», — Олег Рогинский, основатель People.ai

Олег Рогинский — украинский предприниматель и основатель стартапа People.ai. Компания разрабатывает платформу на базе ИИ для управления менеджерами по продажам. Среди ее клиентов — Dropbox, Lyft и Zoom.

За последние семь месяцев компания привлекла $90 млн. В число ее инвесторов вошли Andreessen Horowitz, Y Combinator и фонд ICONIQ Capital (подробнее об этом мы писали здесь и здесь). В интервью основательнице The Bell Елизавете Осетинской Олег Рогинский рассказал, как создавали People.ai, привлекали инвестиции и что он думает об ИИ. Мы записали главное из их разговора.

С чего начинал Олег Рогинский

Олег Рогинский родился в Днепре (тогда еще Днепропетровске). Он учился в школе с английским уклоном и с детства мечтал об учебе за границей. Затем он поступил в Бостонский университет и параллельно начал работать над собственными проектами.

Первым стартапом Рогинского стал журнал с фотографиями из ночных клубов, но дело не пошло. В Гарварде как раз запустился Facebook и Рогинский решил перенести фотографии в сеть. Получилась лента со снимками с вечеринок — своего рода Instagram, только на несколько лет раньше. Но в то время этот проект не был нужен рынку.

После этого Рогинский нашел работу в Монреале (Канада). Он стал единственным менеджером по продажам в компании Nstein Technologies. В 2011 году Рогинский сделал еще одну попытку запустить стартап и основал Semantria — компанию по анализу контента в соцсетях. В 2014 году Рогинский продал ее за $10 млн Lexalytics, в которой ранее работал. Сначала они предложили за Semantria $3 млн. На встрече Рогинскому сказали что-то вроде: «Зачем тебе столько денег? Ты же еще молодой». В ответ на это он встал и вышел. После этого цена сразу выросла.

Как запускали People.ai и искали инвестиции

После продажи Symantria Рогинский переехал в Кремниевую долину. Первый год он работал в H2O.ai. Это компания, которая занимается программным обеспечением с открытым кодом в области машинного обучения. Но от работы он был не в восторге.

В 2015 году Олег Рогинский поехал на фестиваль Burning Man, где завел много знакомств. В их числе оказался основатель крупной компании в Кремниевой долине.

«Это было 3 февраля 2016 года. Он позвал меня на кофе и спросил, как мне работается в H2O.ai. Я отвечаю: “Ну, так себе”, а он говорит: “Я знаю. Хочу, чтобы ты сделал мне одолжение. Доставай телефон и пиши своему СЕО, что ты увольняешься».

Рогинский так и сделал. После этого его собеседник достал из кармана конверт, в котором оказался чек на $150 000.

«Он говорит: “Сейчас берешь этот чек, идешь домой, регистрируешь компанию и открываешь банковский счет. Это будет первая инвестиция, а потом придумаешь, какую компанию будешь строить”. Так и появился People.ai».

Позже предприниматель узнал, что у его знакомого просто такое хобби: искать потенциальных фаундеров и «давать им первый пинок».

Изначально Рогинский принимал инвестиции от людей со связями. Среди первых вкладчиков People.ai был Ник Белогорский. Он познакомил Рогинского с «украинской мафией» в Кремниевой долине, среди которых было много инженеров и программистов. Несколько сильных специалистов пришли в People.ai именно оттуда.

Рогинский знал, что хочет создать компанию, связанную с продажами. Он сам был сейлзом и понимал все сложности отрасли. Изначально у него была идея анализировать активность продавцов и оценивать их, но она не выстрелила. Свою роль в этом сыграл Y Combinator. People.ai попала в известный икубатор без прототипа. Как объяснил Рогинский, он сделал хорошую презентацию, плюс сработал список его прошлых достижений.

«Y Combinator — это огромная система по уменьшению рисков. Они знают много факторов, которые убивают компанию. Чем больше пунктов из этого списка ты уберешь, тем вероятнее тебя возьмут», — говорит предприниматель.

В Y Combinator ему подсказали пообщаться с потребителями. Поговорив с сотнями потенциальных клиентов, команда People.ai узнала, что информация о продавцах никому не нужна. В компании поняли, что у сейлзов часто бывают проблемы с принятием решений. С помощью ИИ People.ai может собрать опыт 100 000 продавцов и создать продукт, который поможет другим сейлзам.

Олег Рогинский

Демо-день и инвестиции

«Демо-день» — важный этап программы Y-Combinator. Это закрытый ивент, на котором участники инкубатора представляют проекты инвесторам. Венчурный фонд Lightspeed Venture Partners сделал предложение People.ai еще до «Демо-дня». На тот момент компания существовала всего четыре месяца.

На презентации Рогинский заявил, что они уже подняли посевные инвестиции и получили предложение по финансированию серии А, а потому вложений они больше не ищут. Оказалось, это самая правильная фраза, которую можно было сказать.

Когда Рогинский спустился со сцены, ему пришло сообщение от Andreessen Horowitz: «Встречаемся завтра в девять утра у нас в офисе». Венчурная компания была одним из претендентов на участие в серии А, но Рогинский уже построил хорошие отношения с Lightspeed Venture Partners. Потому он принял инвестиции от тех, кого лучше знал.

Рогинский не взял деньги Andreessen Horowitz в первый раз, но венчурная компания предложила лучшие условия для раунда серии B. У Andreessen Horowitz есть близкие связи с топ-2000 крупнейших компаний мира. Для People.ai это потенциальные клиенты. Сейчас Рогинский рад, что сразу не взял у них деньги. На момент серии А их продукт был еще не готов для столь крупных компаний.

Первый крупный клиент

После привлечения инвестиций Lightspeed Venture Partners у People.ai было три очень сложных квартала. Дело продвигалось, но уже не так хорошо.

Первым большим клиентом People.ai стала Palo-Alto Networks — компания в области кибербезопасности с выручкой больше $10 млрд. Palo-Alto Networks сама вышла на People.ai, сделку закрыли быстро. Оказалось, что компания строила похожий продукт для внутреннего использования. Но People.ai могла сделать его не используя ресурсы Palo-Alto Networks. На момент сделки в People.ai работало 15 сотрудников.

До Palo-Alto Networks у People.ai уже были небольшие клиенты, в том числе сервис такси Lyft. Это огромная компания, но у них маленький отдел продаж. С этой сделкой тоже связана интересная история. Один их руководителей продаж Lyft написал в блог о своей мечте. Он описал систему, в которой его продажникам не нужно вносить данные в CRM и они получают инструкции, что делать дальше. Рогинский писал ему письма около трех месяцев и все-таки добился встречи. Так Lyft стал клиентом People.ai.

Как работает People.ai

Компания специально не рассказывает в подробностях, как работает продукт. Если другие этого не знают, то не могут стать конкурентами. Потому их у компании нет. Стоимость продукта зависит от компании, количества продавцов и данных.

Оборот People.ai составляет десятки миллионов. Рогинский считает, что стартап уже нельзя продать. В развитии каждой компании наступает момент, когда нужно решить: строить ее на продажу или нет. Если бы в People.ai выбрали первый вариант, то уже провели бы сделку.

В People.ai работает 145 человек. В основном это инженеры. У компании очень маленький отдел продаж — только 10% сотрудников. Все потому, что People.ai пользуется собственным продуктом.

В компании много украинцев. В том числе 25 человек работает в офисе в Киеве. Также Рогинский говорит, что о People.ai знают многие русскоговорящие инженеры в Кремниевой долине. Компания привлекает специалистов, которые приехали из Украины и России, чтобы работать в Facebook, Google и других компаниях.

«Ошибки всегда мои, а победы — чьи-то. Так получается строить хорошую компанию и команду», — рассказывает Олег.

Елизавета Осетинская и Олег Рогинский

В прошлом году People.ai выросла на 500%. Компания привлекает деньги от инвесторов, чтобы расти быстрее. По мнению Рогинского, им достаточно закрыть еще один успешный инвестиционный раунд и можно будет идти на IPO. Средняя компания поднимает $200-250 млн перед выходом на биржу. Пока Рогинский не дал четкого ответа, собирается ли проводить IPO, но отметил, что такой шаг возможен

«Чтобы дойти до IPO, нужно три раза вырасти в три раза, а потом еще два раза в два раза. Мы растем намного больше, чем этот стандарт», — говорит он.

О последнем инвестиционном раунде

В последнем раунде People.ai привлекла $60 млн. Претендентов на участие было много, но компания не ставила себе цель добиться самой высокой цены.

Три месяца назад к People.ai присоединился новый член совета директоров — Годфри Салливан. Он был CEO Hyperion Solutions, которую продал за $3,3 млрд Oracle, и занимал аналогичную должность в Splunk. Под его руководством стоимость компании выросла с сотни миллионов до $25 млрд.

Салливан предложил Рогинскому подумать, какая оценка даст ему наилучшие шансы на будущее. Вместе они подсчитали, какой диапазон цен им нужен. После звонка инвесторам оказалось, что большинство из них готовы предложить больше. После этого Рогинский и Салливан выбирали участников раунда не по деньгам, а по тому, что они еще могут предложить.

Откуда увлечение ИИ

Олег Рогинский увлекся ИИ из-за работы в Nstein Technologies. Они продавали решение на базе искусственного интеллекта в 2006 году. Предприниматель научился объяснять, как это работает простыми словами. Он дает очень лаконичное определение ИИ: «Это ваша интуиция, но только в машине».

Рогинский считает, что машинное обучение не сможет заменить человека в креативной сфере. По его мнению, компьютер еще долгое время не сможет создавать что-то новое. Он способен решать только повторяемые задачи, которые не требуют креативного мышления.

«Компьютер отлично умеет учиться тому, что уже сделано, повторять то же самое или находить похожие паттерны. Но он до сих пор не умеет создавать что-то новое с нуля», — считает он.

Также ИИ будет сложно заменить людей в работе, которая построена на человеческих взаимоотношениях. Например, у ИИ не получится заменить продажников, особенно тех, которые занимаются большими сделками.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Сон не для слабаков: как недосыпание убивает вас

Недосыпание медленно, но верно убивает нас. Журналистка Wired Эмили Дрейфусс недоспала, зато сходила на лекцию специалиста по сну Калифорнийского университета в Беркли Мэтью Уокера и записала самые важные тезисы его выступления. Приводим адаптированный перевод ее статьи.

Я пишу этот материал, находясь на конференции TED 2019 в Ванкувере. Это недельный марафон лекций, семинаров, встреч и нетворкинга. Между тем я подхватила какой-то вирус от своего трехлетнего сына и у меня горят сроки сдачи материала. Чтобы оставаться бодрой и все успеть, мне нужен кофе и здоровый сон. Но я беременна и не могу пить много кофе. А лежать я могу только на левом боку. Как вы понимаете, шансов выспаться у меня почти нет.

Как недосыпание влияет на организм

По словам невролога и специалиста по сну Мэтью Уокера, я причиняю серьезный вред своему здоровью, когда не высыпаюсь.

«Сокращение часов сна наносит непоправимый вред нашему здоровью, благополучию, безопасности и даже образованию наших детей. Эта молчаливая эпидемия недосыпания становится одной из самых больших проблем 21 века», — заявляет Уокер.

Среди последствий недосыпания он называет снижение активности мозга, забывчивость, неспособность учиться новому, риск слабоумия, ослабление иммунитета и даже риск смерти от сердечного приступа или возникновение рака. «Дефицит сна разрушает гены и увеличивает риск смерти в целом», — говорит он. Также недосыпание нарушает выработку половых гормонов и вызывает преждевременное старение.

«Следы недосыпания просачиваются во все уголки вашей физиологии, — говорит Уокер. — Сон — это не роскошь, а биологическая необходимость организма. Это ваша система жизнеобеспечения».

Мы все озабочены сном и постоянно не высыпаемся. Спрос на снотворное растет, умные матрасы и подушки становятся все популярнее, а технологичные компании создают браслеты, приложения для трекинга сна и умные будильники.

Что делать, чтобы наладить режим сна

Уокер дает несколько советов по этому поводу:

  1. Не пейте кофе и алкоголь.
  2. Ложитесь спать и просыпайтесь в одно и то же время, даже по выходным.
  3. Спите в прохладной комнате.
  4. Если долго не можете уснуть, встаньте с кровати и займитесь чем-нибудь, пока не почувствуете сонливость.
  5. Медитируйте, чтобы успокоить нервную систему и разум.
  6. Не пейте снотворное — оно не обеспечит вам естественный сон.

Почему не стоит жертвовать сном

Тим Кук говорит, что просыпается в 3:45 и сразу садится за работу. Барак Обама спит по пять часов в сутки и предпочитает вести ночной образ жизни. Дональд Трамп и Илон Маск говорят, что выделяют на сон всего пару часов. Тем не менее, Маск признает, что его график работы сказывается на психическом здоровье и качестве жизни. Уокер уверяет, что стереотип «меньше спишь — больше успеваешь» давно пора разрушить. «Не думайте, что сон для ленивых и слабых. На самом деле все с точностью до наоборот», — говорит Уокер.

Сон делает нас лучше во всем. После интенсивной учебы нужно поспать, чтобы новая информация «сохранилась» в мозге. А перед учебой нужно высыпаться, чтобы быть в состоянии усваивать новую информацию.

В правдивости этих слов я убедилась прямо на конференции. Я прослушала 18 лекций за день и почти не спала. Когда утром меня спросили, какое выступление мне запомнилось больше всего, я вспоминала около минуты.

Но выступление Уокера я определенно хочу запомнить. Поэтому сейчас отправлюсь в спальню и подремаю минут пять, прежде чем сесть за эту статью. Хочу написать ее по памяти, а не с диктофонной записи или пост-видео. Я надеваю маску для сна и засыпаю, вдыхая аромат эфирного масла.

А затем возвращаюсь в реальность, включаю компьютер и дописываю этот материал. Надеюсь, он убедит вас поспать сегодня ночью полноценных 8 часов.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Веб-агентства охренели? Мнение Евгения Кудрявченко, сооснователя Vintage Web Production

В отношениях между клиентом и исполнителем важно взаимопонимание. На рынке веб-услуг с этим явно проблемы: заказчики обвиняют агентства в заоблачных ценах, а агентства кричат, что клиенты сами не знают, чего хотят.

Кто здесь прав, а кто виноват, и есть ли в этой ситуации вообще виноватые, сооснователь веб-студии Vintage Евгений Кудрявченко рассказал на iForum 2019. Digital-маркетолог Vintage Иван Павлюченко записал для нас самое главное из его выступления.

Евгений Кудрявченко

Нашей веб-студии уже 12 лет. Vintage Web Production входит в топ-30 студий мира по версии Awwwards и это дает мне право экспертно заявить: продакшены и агентства реально охренели. Когда я узнал, что одно агентство просит $400 за то, чтобы просто добавить код Google Analytics, мне стало любопытно. Я решил позвонить им и спросить, как настройка аналитики может столько стоить. Вот как мне это объяснили:

«Все очень просто. Мы попросили доступ к CMS и ждали его три дня. Заходим — а там нет возможности редактировать. Просим доступ к хостингу, ждем еще три дня, а потом оказывается, что для этого нужно пройти двухфакторную аутентификацию через привязанный телефон. А телефон этот уже недоступен.

Звоним в колл-центром провайдера, чтобы решить вопрос с телефоном, получаем доступ к хостингу, Google Tag Manager и ставим код за 15 минут.

Начинаем все проверять, а потом оказывается, что админ-панель клиента генерирует два хедера (хедер — «шапка» сайта, которая видна на всех его страницах — ред.) и код нужно поставить в обоих.

В конечном счете мы все сделали, но на это у нас ушло две с половиной недели. Как думаете, нормально брать $400 за двухнедельную работу?».

Это классическая история о том, как молодые, красивые и полные энтузиазма агентства превращаются в бывалых пессимистов.

Молодые оптимисты vs бывалые пессимисты

Нам поступает запрос: сделать на сайте поиск. Задача понятна, а функциональность максимально простая: вставил строчку текста — и поиск нашел нужную информацию. На это уходит 10 часов.

Поиск готов, но клиент не доволен. Он хотел поиск, который сначала искал бы в товарах, потом в блоге, потом в компании, а потом в SEO-тексте. Не вопрос, переделываем. Правда, на этот раз тратим 60 часов.

Клиент снова недоволен и говорит, что это никуда не годится. Он хотел нормальный поиск. На вопрос «что такое нормальный?» он присылает нам ссылку на Google — «Ну вот, парни, нормальный поиск». В его понимании «нормальный» — это поиск, который исправляет грамматические ошибки, склоняет слова и понимает транслитерацию. Отвечаем: «Не вопрос», и тратим на обычный, «нормальный» поиск 160 часов.

В таких ситуациях больше всего страдают именно молодые, оптимистично настроенные агентства. Сначала они оценивают любую задачу в 10 часов, но со временем превращаются в суровых пессимистов. Даже если задача поставить код Google Analytics занимает 15 секунд, они все равно будут бурчать: «Знаем-знаем. Две недели, не меньше». В конце офигевают уже их клиенты.

Писать ТЗ

Можно сесть, написать ТЗ и надеяться, что оно поможет. Но ТЗ всегда подразумевает двойные трактовки: клиент имел в виду одно, а агентство совсем другое. В таком случае агентство тратит 80% времени на то, чтобы доказать, что они все сделали по ТЗ. А клиент — что он имел в виду совсем другое и его неправильно поняли.

Тогда агентства пишут детальное ТЗ, чтобы избежать двойных трактовок. В студии мы называем такое ТЗ «Как похоронить проект на старте». Основная проблема такого ТЗ — наш гибкий мир. Он меняется также быстро, как и тренды.

На детальное ТЗ уходит 3 месяца, потом еще полгода-год работы, а дальше происходят такие диалоги:

Клиент: Ребята, пейджер уже не актуален, тут месседжеры появились.
Агентство: Ничего не знаем, у нас прописано детальное ТЗ, идем по плану.

Я знаю компании, которые писали ТЗ, потом выбрасывали его и начинали писать заново.

Также детальное ТЗ отбирает у бизнеса адаптивность. На выходе компании получают рабочие продукты, которые никому не нужны.

Просчитать самый худший вариант

Проект стоит $20 000, но клиенту выставляют счет на $30 000. Почему? Все просто: в стоимость продукта закладывают 30-50-100% рисков и клиент получает завышенный прайс.

Сначала агентства просчитывают собственные риски, которые не зависят от проекта — кто-то уволился, сгорел компьютер, затопили соседей. Дальше идут клиентские риски и риски рынка. Потом это все заворачивают в fixed price, потому что клиент хочет получить понятную фиксированную стоимость.

Но любой бывалый продакшн знает, что даже при фиксированных сроках и стоимости объем задач будет расти. Почему? Потому что когда-то они были оптимистами и им хватило этого с головой.

Бывалые агентства учитывают много рисков: возможную смену маркетинг-директора или концепции, внезапный ребрендинг, новые правила регулятора, появление GDPR и еще сотню похожих факторов. Мир меняется и это отражается на стоимости проекта.

В такой парадигме прибыльное агентство отличается от неприбыльного только количеством рисков, которые они закладывают, и качеством работ.

Но есть и другая сторона вопроса. По такой формуле идеальный клиент будет переплачивать за самого проблемного. Каким бы подготовленным он ни был — он все равно заплатит цену, в которую заложены риски. А самый проблемный клиент будет продолжать «удивлять» агентство и наращивать «мультипликатор проблемности».

Вывод: если цена агентства растет каждый год — это еще не значит, что оно работает качественнее. Возможно, этому помогла парочка проблемных клиентов.

Какая разница между работой агентства по фиксированной стоимости и почасовкой

Fixed Price

Это удобный формат, но он подходит не всем. Агентства знают, что нужно делать, и любая просьба что-то изменить превращается в сладкое слово «допкост» (дополнительные расходы — ред.).

Менеджер, который работает с вашим проектом по фиксированной стоимости, хочет только одного — чтобы все оставалось без изменений. Он хочет получить свои деньги и забыть о вас. Каждая правка уменьшает бюджет, прибыль, и соответственно, его бонус. Для такого менеджера клиент превращается в источник боли. Когда он это понимает, то идет возмущаться. Иногда и в Facebook.

Time Material

Здесь все по-другому: клиент получает агентство, которое готово работать днем и ночью. Оно максимально включено в проект и постоянно думает, какую еще дополнительную пользу может принести клиенту. Особенно если видит, что проект подходит к концу.

Рассмотрим двух клиентов на примере почасовки. Оба делают один и тот же продукт, но один умный, а второй — не очень. Умный сделал все вовремя, подготовил контент, всегда был на связи и в итоге получил свой продукт за $17 000. Второй клиент не прислал контент вовремя, решил поменять утвержденный прототип и дизайн, внезапно уехал в отпуск и получил счет на $35 000.

В такой ситуации переходить на почасовку выгодно крутому системному клиенту. Для него это спасение — как проекта, так и бюджета. А вот для адового клиента почасовка — беда.

Ответственности клиента и агентства

В почасовке агентство просто обязано делать крутой продукт, потому что оно не связано с клиентом длинным контрактом. Клиенту не понравился результат — он оплатил 40 часов работы и пошел искать другое агентство. Это хорошая мотивация становиться лучше. В таких условиях агентства не могут держать клиента в заложниках и должны выдавать крутой результат всегда, а не только на предпродаже.

Ответственность клиента — хорошо проработать задачу внутри, чтобы избежать правок в момент ее постановки и реализации. Даже если они будут, то скорее всего несущественные.

Новая эра отношений

Такой подход в корне меняет парадигму отношений клиента и исполнителя. В итоге на рынке останется два вида агентств (хорошие и плохие) и два вида клиентов (идеальные и адовые).

Хорошие агентства будут создавать крутые продукты, получать награды, хорошо зарабатывать и хантить лучших специалистов. Плохие будут вынуждены либо закрываться, либо менять подход к работе, либо работать только с адовыми клиентами.

Идеальные клиенты будут продолжать делать крутые продукты, обходить конкурентов и экономить на работе с топовыми агентствами. Адовые будут либо тратить кучу денег на запуск хорошего продукта, либо экономить и запускать никому не нужные полудохлые продукты с плохими агентствами (наверное, это карма).

Пришла эра других отношений между «клиентами» и «подрядчиками». Пора выбросить эти шаблонные роли заказчик-исполнитель и перейти на новый уровень отношений — партнерский.

Теперь вы мама и папа успешного проекта. В таких отношениях не нужно доказывать, кто прав, а кто виноват. Здесь обе стороны хотят создать лучший продукт вместе.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Мы заказали логотип у друга-дизайнера, фрилансера и агентства. Кто справился лучше?

Мы в Vector любим эксперименты: то ищем работу в Tinder, то придумываем партии, то сдаем ЗНО (coming soon).

Наш новый эксперимент — о логотипах. Люди ежедневно запускают новые проекты и каждый должен визуально выделяться. Основатели хотят сразу получить знак, который не стыдно поставить на обложку в Facebook, аватарку в Instagram, а потом использовать для корпоративного мерча и подарков клиентам.

Но на старте бизнеса лишних денег не бывает. Поэтому мы провели разведку: заказали логотип у фрилансера, рекламного агентства и нашего штатного дизайнера. Результат мы попросили оценить дизайнера из banda.

Как шла работа, сколько это стоило, какие были сложности в коммуникации и нужно ли на старте сильно тратиться на лого — в нашем новом эксперименте.

Логотип для «Манівця»

Для материала я придумала проект авторских аудиопрогулок по индивидуальным маршрутам «Манівець». Мне нужен был только логотип, не айдентика — на нее нашего бюджета не хватило бы. В брифе я написала о ценностях проекта: душевности, заботе и эмоциях. Логотип будет использоваться в социальных сетях, а в будущем и для создания мерча. Он должен ассоциироваться с легкостью, иллюстративностью и кинематографичностью.

С такими задачами я отправилась на поиски подрядчиков. Для чистоты эксперимента я не говорила им, что «Манівець» на самом деле не существует.

У меня был скромный бюджет: $50 на фрилансера, $150 на услуги агентства и «спасибо» штатному дизайнеру.

Уже на этапе поиска появились сложности: фрилансеры просили $300, а дизайн-студии брались за проекты от $10 000. Проблемой оказалась и локация: в Киеве ценники на такие услуги зашкаливают. Поэтому я поменяла стратегию и расширила круг поиска на регионы. Бинго — там исполнители нашлись сразу.

Полюби дедлайн как самого себя

Первый фрилансер через неделю после начала работы написал, что закончить логотип не сможет, а наработки не покажет. Второй попросил дать ему на задачу две недели.

Чтобы найти агентство в рамках своего бюджета, я написала знакомому маркетологу. Он посоветовал студию из Полтавы, которая согласилась взять заказ. Они пообещали показать результат через 25 дней при условии 50% предоплаты.

Мы отправили деньги, показали бриф нашему дизайнеру — и стали ждать результат.
Быстрее всего с результатом вернулась наш дизайнер Алина Самолюк. Через неделю она показала первые наброски:

Фрилансер также не сорвал сроки и через неделю вернулся с двумя вариантами. Мы утвердили для доработки версию со следами обуви:

Самым большой неожиданностью стала коммуникация с агентством. На следующий день после внесения предоплаты мы получили первые скетчи. По условиям договора мы должны были выбрать два: их проработают детально.

После этого у меня сложилось впечатление, что сотрудники агентства работают без графика: они могут позвонить в 21:00 для обсуждения деталей или наоборот — не отвечать в рабочее время. Прошло 10 дней с момента выбора скетчей, а от менеджера проекта новостей все еще не было. Поэтому я написала ей сама.

Я прождала ответа три дня, а на четвертый менеджер сообщила, что она в отпуске и ответить не может. Она связала меня с дизайнером, который занимался моим логотипом. После этого коммуникация наладилась: дизайнер оперативно отвечала, вносила правки и в принципе работала лучше аккаунта.

Фрилансер и наш дизайнер выполнили задачу за две недели, агентству на это понадобился месяц.

Где логотипы, Лебовски?

Мы попросили дизайнера агентства banda Евгения Величева прокомментировать результаты: насколько они жизнеспособны и соответствуют брифу.

Евгений Величев
Логотип фрилансера

Этот логотип напоминает ощущение, когда гуляешь по спальному району и встречаешь старые вывески. Они восхищают и пугают одновременно.

Я чаще получаю удовольствие от контакта с ugly графикой, но не могу сказать, что этот логотип хорош. Он не соответствует брифу: вместо логотипа получилась карточка с кучей смыслов. Причина — заведомо неудачный прием создания символа из буквы с градиентной заливкой. В логотипе появился дополнительный смысл и потерялась читабельность.

Логотип рекламного агентства

Работа агентства самая многословная. Логотип не должен становиться иллюстрацией. Вся графика, которая не имеет объяснения и практического применения — лишняя. Большое количество деталей в логотипе мешает его размещению в одном цвете и уменьшению до размера в 1 см. В этих случаях логотип не будет читабельным.

Логотип нашего дизайнера

Этот логотип больше остальных отвечает брифу: в нем есть символика, описанная в задании. Он выглядит живее предыдущих из-за меньшего количества графики и модульности знака. Также его можно менять под разные категории услуг. Плохо выглядит линейное решение: оно не читается, а его очертание отличается от других версий.

Все три логотипа выглядят устаревшими, но для бренда это не имеет значения. Его главная цель — выделиться на рынке, а эту задачу можно решить разными способами.

Разработчикам логотипов я рекомендую чаще делать глупости. Если к вам обратилась строительная компания — нарисуйте дом, в котором она находится. Если клиент производит молочную продукцию — нарисуйте бидон и напишите на нем название компании.

Ваш дизайн должен быть искренним и немного наивным, он должен рассказывать историю проекта — тогда он вызовет у людей эмоцию. Не пытайтесь сделать что-то революционно новое. Если вы хорошо вникли в бриф и правильно поняли задачу, ваш логотип уже будет уникальным.

Начинающим проектам не стоит думать о логотипе в принципе. Лучше написать свое название стандартным шрифтом Arial, чем долго думать над знаком, а потом над его схожестью и отличиями от других. У хорошего проекта может отсутствовать логотип в привычном его понимании.

Для компании важен не визуальный знак, а развитие и проявления брендинга — это придаст ему больше узнаваемости на рынке. Нельзя просто взять логотип и раскладывать его на миллион носителей. В хорошем брендировании есть много разных приемов, но стиль — один.

Последнее слово экспериментатора

Во время этого проекта я сочувствовала всем менеджерам этого мира. На совпадение ожиданий и результата влияет очень много факторов. Когда я ставила задачу, то не была уверена, что завтра у всех фрилансеров мира не заболеют коты или не появятся более срочные задачи. Результат зависит не только от меня и качества моего брифа, но и от человеческого фактора.

Несмотря на то, что моего проекта на самом деле не существует (пока), я переживала за результат каждого из дизайнеров. Когда пропала связь с агентством, то нервничать пришлось еще и за внесенную предоплату.

Проблем со сроками и коммуникацией не возникло бы, если бы я обратилась в крупное известное агентство, но деньги на такие услуги есть далеко не у всех. Об этом говорит и Величев: «Для создания логотипа можно воспользоваться помощью знакомого дизайнера, но для создания брендинга нужна работа агентства. В брендинг входит не только дизайн, но и стратегия с позиционированием. Такая работа не может стоить $200».

Если в будущем я создам свой проект, то все же закажу логотип у друга-дизайнера, вкусу которого я доверяю. Расплачусь с ним едой или билетом на концерт его любимой группы. В моем эксперименте все упиралось в бюджет — мы смогли вложиться в $200, для молодого проекта это клёво. Вот только сложности в поиске и общение с подрядчиками — тот еще стресс.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Припиніть міняти свій час на гроші. Це більше не працює

Віддавати усього себе роботі, за яку яку ви не отримуєте нічого, крім грошей — шлях у нікуди. Публікуємо адаптований переклад колонки Мэтта Таннера про те, навіщо вчитися духу підприємництва, навіть якщо у вас немає власного бізнесу.

За місяць до випуску з вишу я зрозумів, що настав час шукати нормальну роботу. Пам’ятаю, як сидів у барі зі своїм сусідом по кімнаті, коли він раптом спитав мене, де я планую жити після закінчення коледжу. Я не мав що відповісти. Я просто сидів у студентському барі, пив своє дешеве пиво і роздумував про те, як найвеселіша частина мого життя добігає кінця.

Потім я вийшов на вулицю і зробив те, що на моєму місці зробив би будь-який більш-менш кмітливий і до міри ледачий 22-річний хлопець: подзвонив своєму дядьку і попросився до нього на роботу.

Через три тижні я вперше прийшов на стажування в маркетингову компанію. Мені видали ноутбук і посадили за стіл. На годиннику була 9:43 ранку.

— О, Боже, — подумав я. — І отак я маю працювати по 40 годин на тиждень протягом наступних 40 років заради того, щоб платити за свою паршиву квартиру?

Втім, було в цій ситуації і дещо хороше: в офісі була безкоштовна кава. На цьому позитив закінчувався, а до виходу на пенсію лишалося 4,8 млн хвилин.

Продавати свій час за гроші — поганая ідея

На це є дві причини:

  1. Такий підхід припускає, що якби ви мали вибір, то витратили б цей час на щось інше.
  2. Ви не отримуєте за свою роботу нічого, крім зарплатні.

Більшу частину життя я розглядав роботу як щось, що я повинен робити. Мені ніхто не нав’язував цю думку, але поведінка дорослих говорила сама за себе. Мої батьки працювали дуже важко і ніколи не скаржилися. Разом із тим я жодного разу не чув, щоб їм вона подобалася.

Мій батько йшов на роботу ще до сходу сонця і тяжко працював, щоб ми із сестрою могли жити у гарному будинку і навчатися у школі. Моя мама була вчителькою і я щиро вірю, що їй це подобалося, але вона все одно рахувала дні до літніх канікул. Так чи інакше, батьки завжди з нетерпінням чекали на вихідні.

Багатьох із нас виховували так, що робота асоціювалася з покаранням. Тепер, коли у мене є свої діти, я вчу їх інакше. Я завжди кажу їм, що «йду на роботу», а не «повинен іти на работу» і всіляко підкреслюю, що робота — це не каторга.

Навіть якщо вам зовсім нема чого робити зі своїм часом, продавати його за гроші — недалекоглядно. Не зрозумійте мене неправильно, гроші — це круто, це винагорода, на яку ви заслуговуєте. Але якщо робота не допомагає вам розвиватися і ставати більш конкурентоспроможним, варто задуматися. Що у вас залишиться, коли ви підете звідти? Бо рано чи пізно ви таки підете.

Нова робоча реальність

Ще 50 років тому формат «працювати на гроші» був досить взаємовигідним: люди обмінювали час на зарплатню і так тривало доти, доки вони не виходили на пенсію. Зараз ринок праці змінився: працівники часто змінюють місце роботи, компанії скорочують штат і віддають частину задач на аутсорс або звертаються до фрілансерів.

Гарний вихід — почати працювати на себе. Якщо ж підприємництво не для вас, ви можете застосовувати підприємницьке мислення у компанії, в якій працюєте.

Керуйте своєю кар’єрою так, ніби керуєте бізнесом. Звикайте постійно чимось ризикувати і не жертвувати довгостроковими перспективами заради швидкого доходу (тобто, зарплати).

Не концентруйтеся на тому, щоб заробити чи порадувати боса. Ви маєте відчувати, що ваша робота важлива для компанії і водночас корисна для вашого резюме. Навіть якщо хтось викупить вашу компанію, ви не пропадете.

Ви самі — і є головна цінність, професійна бойова одиниця, яка працює на своє ім’я. Мислячи як підприємець, ви переносите свою цінність у бізнес (тобто, власну кар’єру).

Як на це відреагує ваш бос? Цілком можливо, що він буде не у захваті, адже першочергово його цікавить розвиток власного бізнесу. Співзасновник LinkedIn і автор книги «Альянс: Управління талантами в мережевому віці» Рейд Хоффман влучно висловився з цього приводу: «Керівникам не варто боятися співробітників, які прокачують свої профілі у LinkedIn і озираються навкруги у пошуках нових можливостей. Насправді такі підприємливі, відкриті до всього нового люди — саме те, що потрібно вашій компанії».

Якщо у компанії не цінують ваш підприємницький дух — мабуть, справді є сенс пошукати інші варінти. Якщо ви увесь цей час виконували дійсно значимі задачі, знайти нову роботу буде зовсім не складно.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Не бойтесь проигрывать тендеры и эволюционируйте: как GigaCloud завоевал 10% рынка за два года

Облачные технологии — самый быстрорастущий сегмент IT-рынка. По данным IDC, за прошлый год в Украине на них потратили более $22 млн. В нише инфраструктурных облаков украинские компании успешно конкурируют с международными гигантами вроде Amazon или Google.

Облачный провайдер GigaCloud всего за два года работы завоевал 10% рынка. В колонке для Vector совладельцы компании Антон Хвастунов и Назар Курочко рассказывают, как им это удалось и что делать, чтобы добиться такого результата.

Антон Хвастунов и Назар Курочко

1. Стартовать в правильное время с правильным решением

Антон: Идея запуска облачного провайдера в буквальном смысле витала в облаках. Группа компаний GigaGroup существует с 2006 года, в нее входят телеком-оператор GigaTrans и коммерческий дата-центр GigaCenter.

До старта GigaCloud в 2016 году мы получали от клиентов запросы насчет услуг облачного сервиса. Был спрос, но не было решения. За два года компания стала вторым по размеру облачным оператором в стране и заполучила 10% украинского рынка. За 3 года проект почти окупил вложенные инвестиции.

Клиенты понимают, что покупать «железо» и строить инфраструктуру самостоятельно — дорого, долго и не всегда безопасно. Облачные сервисы могут решить массу вопросов: защита данных, получение нужного объема услуг и быстрый запуск новых сервисов.

На облачном рынке сложно конкурировать с такими гигантами, как Google, Microsoft Azure и Amazon Web Service. Но, как известно, «большой слон» — это не всегда про маневренность и внимательность к мелочам. Мы изучили рынок, потребности потенциальных заказчиков и определили слабые места конкурентов. У них были проблемы с клиентоориентированностью, скоростью обратной связи, личным общением при решении задач и помощью при миграции.

Назар: Для собственников GigaGroup это было логичное продолжение бизнеса: телеком-оператор, дата-центр, а теперь облачный сервис. Мы вышли на рынок с самыми технологичными решениями: топовые модели серверов, современные процессоры и архитектурные решения.

Мы внимательно относимся к новинкам всех вендоров, анализируем и тестируем их предложения. А еще мы понимаем, какое решение может подойти конкретному заказчику.

2. Беречь репутацию и строить отношения с клиентами

Антон: Мы пришли в проект не только с инвестициями, но и с контактами. В IT-бизнесе невозможно продавать продукт или сервис, если тебе не доверяют. Репутация тут строится годами.

Поначалу большую часть переговоров вел лично топ-менеджмент. Инвесторы и СЕО учили команду строить личные отношение с заказчиками. Отношения — это основа сотрудничества в b2b-сегменте.

Назар: Мы в IT-бизнесе с 2006 года, поэтому у нас не было проблем с поиском потенциальных клиентов. У нас была достаточно серьезная база контактов — примерно 2000 компаний.

3. Собрать крутую команду

Назар: У нас большой опыт подбора и формирования команды. Кроме соответствующих навыков и хорошего послужного списка человек должен подходить по ценностям. Ключевой фактор в любом бизнесе — простые человеческие отношения. Мы в GigaCloud предлагаем продукт, который «люди делают для людей», и подбираем новых сотрудников согласно этой идее.

Если после разговора с потенциальным коллегой понимаешь, что тебе приятна его компания — это твой человек.

Антон: Сейчас в команде GigaCloud 45 человек, многие работают с нами с момента запуска компании. Люди — это важнейший инвестор и основная ценность GigaCloud.

На старте проекта 60-70% переговоров с клиентами вели я и сооснователи GigaCloud. Сейчас я участвую в 30% встреч, Назар и другие инвесторы — около 10-15%. Все остальное команда делает самостоятельно.

4. Браться за сложные проекты

Антон: Первый громкий кейс GigaCloud — проект с сетью супермаркетов «Велика кишеня». Он стартовал через 5 месяцев после основания GigaCloud и коснулся всех компаний группы. Мы построили для «Великої кишені» комплексный гибридный проект. Клиент перевез свои серверы в один из наших дата-центров, арендовал облачную инфраструктуру, а затем связал свою инфраструктуру и офисы каналами передачи данных нашего телеком-оператора.

Еще один проект, которым мы гордимся — Kyiv Smart City. Мы создали облако для всех онлайн-сервисов КМДА. Это был челлендж и для нас, и для них: за неделю в наше облако переeхали более сотни виртуальных машин.

Для агрохолдинга Kernel мы разработали мультибрендовое решение, поскольку они используют и наши облака, и облака других компаний. Для Prozorro мы строили частное облако, на котором живет их самая большая площадка.

5. Учиться на собственных ошибках

Антон: Перед запуском GigaCloud мы рассматривали модель сотрудничества с партнером. Мы хотели построить модель white label, при которой мы используем инфраструктуру оператора и набираем команду, а партнер строит и поддерживает облако.

Мы работали с партнером около года. На поиск решений, подбор команды, встречи в Украине и других странах ушло очень много времени. В определенный момент мы поняли, что используем свое время и ресурсы неэффективно. Мы планировали сотрудничество с партнером ради того, чтобы быстро вывести на рынок облачные сервисы, но получалось наоборот. Поэтому мы решили, что сможем двигаться автономно.

В истории с партнером мы потеряли много времени, но получили неоценимый опыт и новые знания о продукте. Это был дорогой, но хороший урок, который не прошел даром. Ведь самая лучшая инвестиция — инвестиция в себя.

6. Не бояться перемен

Антон: Самураи говорят: «Меняйся или умри». История развития нашей группы — это постоянная эволюция, в 2016 году пришло время сделать новый шаг.

Постройка собственного облака требовала трансформации наших дата-центров, поскольку мы стали не просто colocation, а сервисной компанией. Нам пришлось адаптировать их под новое направление бизнеса: закупать новое оборудование для облачных сервисов, расширять собственные мощности и строить инфраструктуру. Мы вложили в это много денег.

7. Не пытаться выигрывать все тендеры

Антон: В среднем мы проигрываем 20-30% тендеров, в которых участвуем. Мы отказываемся от проекта, когда конкурент существенно занижает стоимость, невзирая на маржинальность. Для нас важно качество услуг, мы не можем опускаться ниже уровня себестоимости.

Мы спрашиваем клиента, что для него важно: качество услуг или низкая цена. Если он говорит, что готов жертвовать уровнем сервиса ради стоимости — мы выходим из игры. Такое часто случается в государственных, некоммерческих проектах.

Назар: Часто в таких случаях клиент возвращается и проводит новый тендер, куда снова приглашает нашу компанию. Главный аргумент — низкое качество услуг конкурента, который занизил стоимость. Тогда наш проигрыш превращается в успешную историю.

8. Не отказываться от социальных проектов

Назар: У всех компаний нашей группы есть экономически невыгодные, но социально важные проекты. Например, GigaTrans уже два года подряд является интернет-провайдером главной елки страны. Во время новогодних и рождественских праздников мы бесплатно обеспечиваем интернетом всех гостей Софиевской площади.

Антон: У GigaCloud есть кейс с электронным дневником в школах. Также на бесплатной основе мы начали сотрудничать со стартапом е-Ukraine. Это портал, посвященный электронным сервисам в государственных структурах.

Также мы проводим конкурсы стартапов и предоставляем интересным проектам абонементы на наш сервис, чтобы помочь им развиться на старте.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Написать сценарий будущего: что такое speculative design и как это выглядит

Анфиса Хлеб — арт-директор берлинского креативного агентства Super an der Spree и основательница арт-группы Dvoika. В ее портфолио — работы для Phillips, Vivantes и Федерального министерства внутренних дел Германии. Анфиса учится в Берлинском университете искусств на факультете визуальной коммуникации. Там она изучает speculative design. Что это такое и как дизайнеры могут использовать концепцию будущего в своих работах, Анфиса рассказала на конференции Creative Loop Kyiv-Berlin от Depositphotos.

Анфиса Хлеб

Будущее можно разделить на два вида:

  1. Будущее, в котором мы точно уверены. Так, организация Forum for the Future прогнозирует, что население Земли к 2025 году увеличится на 1 млрд. Из них 300 млн будут старше 65 лет.
  2. Будущее, которое можно предвидеть. Это и есть основа speculative design.

Глава исследовательской компании Situation Lab Стюарт Кэнди разработала диаграмму сфер будущего: от наименее возможного до предпочтительного.

Большая часть современного дизайна существует в рамках probable future. К разряду plausible future принадлежат проекты, которые отвечают на вопрос «а что, если бы…?». Possible future — это приблизительный расчет будущего, основанный на научных данных. Его описывают в научно-популярной литературе, кино и дизайн-проектах.

Примеры speculative design

Дизайнеры могут дискутировать о том, что нас ждет, черпать в будущем новые идеи и решать проблемы. Например, сейчас Facebook превратился в платформу, у которой есть потенциал стать страной. Голландская дизайн-студия Metahaven в рамках проекта Facestate создала айдентику несуществующего государства. Так дизайнеры пытаются ответить на вопрос: «Что было бы, если бы Facebook действительно стал страной?».

Пароль/паспорт в проекте Facestate

Еще один интересный пример — Solar Kitchen. Это проект ресторана, который работает на солнечных панелях. В таком заведении нужно быть готовым к тому, что из-за дождя вам могут не принести обед. Вкус блюд тоже зависит от особенностей процесса приготовления.

Еще один проект в speculative design — Natural History of the Enigma бразильского художника Эдуардо Каца. Это цветок Edunia, который вывели на основе ДНК автора и цветка петунии.

Цветок Edunia — гибрид ДНК петунии и художника

Интересный сценарий будущего показывает японка Ай Хасегава в своем проекте I Wanna Deliver a Shark. Дизайнер описывает будущее, в котором женщины могут вынашивать плоды исчезающих животных — например, акул. Для создания проекта Хасегава провела исследование и консультировалась с учеными.

Макет проекта I Wanna Deliver a Shark

Один из моих любимых художников, который применяет speculative design — Мэтью Барни с циклом Cremaster. Он создает ошеломляющий мир с огромным количеством внутренних историй и артефактов.

Одна из работ цикла Cremaster

В проекте A Zoology of the Future 1981 года тоже используется концепция спекулятивного дизайна. Художник создал атлас животных, которые появятся после того, как человечество вымрет. Это не просто красивые иллюстрации — за ними стоит исследование эволюционных процессов.

Животные будущего в проекте A Zoology of the Future

Также хочу немного затронуть critical design — дизайн, который переосмысливает устоявшиеся роли предметов и заставляет задуматься о проблемах, которые могут возникнуть в possible future.

Такой подход использовал в своем проекте Belief Systems художник Бернхард Хопфенгартнер. Он создал сценарий мира, в котором вы совершаете покупки на основе эмоций. Например, вы хотите купить чайник. Вам достаточно ввести основные параметры, получить пять моделей на выбор — и все. Читать отзывы или смотреть обзоры на них необязательно — компьютер считает выражение вашего лица и примет решение за вас. В таком мире даже может появиться гаджет для тренировки эмоций, чтобы покупать осознанно.

Насколько реалистичны проекты в speculative design

Проекты в speculative design в любом случае не будут научными на 100%. Глубина исследования зависит от самого дизайнера.

Если проект выглядит чересчур реалистично — его могут раскритиковать. В том числе, за недостаточную научность. Поэтому дизайнеры часто создают проекты в speculative design вместе с художниками. Использование иллюстраций как бы дает индульгенцию на поэтичность и пространство для фантазии.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

На пути к университету. Зачем в Projector годовые курсы и как их готовили

Этой осенью украинская школа дизайна Projector сделает шаг в сторону полноценного университета и запустит новый формат образовательных курсов — Professium. Это девять годичных курсов, где студенты будут учиться три дня в неделю. Обучение начинается уже в сентябре.

Мы узнали у СЕО Projector Александра Трегуба, чем Professium отличается от трехмесячных курсов, кто преподаватели и что получат выпускники.

Александр Трегуб

Что такое Professium

Много лет нашим основным форматом были трехмесячные курсы. Это отличный вариант для того, чтобы человек освоил узкую тему, но он не меняет личность. За короткое время можно изучить инструмент и несколько методологий, но этого мало для построения базиса специалиста.

Professium — мост между высшим образованием и короткими курсами. Для многих студентов это второе фактически высшее образование. Мы не выдаем государственный диплом, но опыт и знания важнее.

Professium учит исследовать, принимать решения, работать в команде, экспериментировать, думать пользой и концепциями, видеть полную картину и понимать, как и когда использовать разные инструменты. Это «тяжелое» образование для тех, кто уже хотя бы два года в профессии. Оно действительно меняет личность.

Мы хотим создать в Украине образование мирового класса: чтобы лучшие специалисты могли развиваться тут, никуда не уезжая.

Сколько годичных программ предлагает Projector и как их создавали

В этом году мы запускаем 9 курсов Professium: Web Design,Product Design, Product Management, Front-End, Data Science & Machine Learning, Illustration, Visual Communications, CG Art, Animation. Каждое из этих направлений мы создали с учетом трех факторов: нашего опыта преподавания в этой теме, запроса со стороны студентов и запроса со стороны индустрии.

Мы создаем каждый курс вместе с кураторами, которых знаем как топ-специалистов и великолепных преподавателей. Кроме них в курсе участвует гостевая dream team: приглашенные лекторы и преподаватели, крутые специалисты в своих темах.

Чему будут учить на разных курсах

Начнем с Web Design. Это курс CEO The23 Макса Ширко и креативного директора Vintage Оли Шевченко по созданию эффективных и эффектных веб-сайтов. Тут серьезно прокачивают визуальные навыки веб-дизайнера, понимание маркетинга, технологий и, что самое важное, подходы к решению сложных задач.

Курс Chief Design Officer ЛУН Дениса Судилковского называется Product Design. Он о том, как создавать дизайн цифровых продуктов, который приносит деньги и пользу. Студенты узнают, как считать, исследовать, анализировать и делать эффективные продуктовые решения.

Куратором курса Product Management стал продакт-менеджер ЛУН Саша Иванов. Он об управлении сложными цифровыми продуктами, менеджменте, построении команд, найме, маркетинге, работе над дизайном и технологиями, изучении бизнес-моделей.

Курс Front-End посвящен современному фронт-энду: глубокое погружение в программирование, работу браузера и бек-энда, JavaScript и базы данных. Его кураторы — Senior Software Developer в StarWind Виталий Николенко и CEO Se7ensky Рома Вабищевич.

Курс Data Science & Machine Learning курирует R&D Technical Lead Rails Reactor Дима Кордубан. Он об основах математического мышления, deep learning, computer vision, NLP и обработке аудио. В нем уделяют большое внимание фундаменту математики и алгоритмики.

Курс выпускницы Кингстонского университета Варвары Перекрест называется Illustration. Он посвящен экспериментальной и коммерческой иллюстрации: экспериментам, стилям, поиску своего голоса, менеджменту, графике.

Visual Communications курируем я и Дима Буланов из Bulanov Buro. Это курс по созданию смыслов, сообщений и графики в визуальных коммуникациях. Курс для графических дизайнеров, которым нужна крепкая база для перехода в арт-директоры.

Tory Polska (Magic Hill) и Таня Бульба (PlayTech) взяли на себя курс CG Art. Он о создании крутой графики для игр, мультфильмов, кино. Сюда входят дизайн персонажей, локаций, ландшафтов, проработка историй и характеров.

Lead Animator в Postmodern Оксана Демина курирует курс Animation. Он посвящен созданию живой, пластичной и убедительной анимации. Студентам предстоит разобраться в актерском мастерстве, оживлении героев, движениях, липсинге, эмоциях, работе со звуком.

Как проходит отбор на курсы

Студенты поступают на Professium в три этапа. Первый — подача заявок на сайте Projector. Второй — 5-8 часовой офлайн-экзамен. Третий — собеседование с куратором.

На Professium есть конкурс, поэтому поступить смогут не все — пройдут лучшие претенденты. Студентами могут стать только уже сложившиеся специалисты с опытом от двух лет.

Как будет проходить обучение

Программы рассчитаны на группы до 22 человек. Курсы стартуют с сентября 2019 года и продлятся до начала августа 2020. Занятия будут проходить три раза в неделю по 2-4 часа. Также мы запланировали дополнительные ивенты: встречи с интересными специалистами, экскурсии в офисы, встречи для командной работы.

Professium — курсы с практическим уклоном. Большинство занятий проходят в формате воркшопов — только так можно отработать необходимые навыки и научиться на собственных ошибках. Студент получает очень много домашних заданий (которые нужно утвердить вне класса) и внеклассного фидбека куратора.

Что важно, помимо воркшопов и домашек, каждый студент работает в командах над большими курсовыми проектами для реальных клиентов. За этот год среди клиентов были Uklon, TEDxKyiv, Prom.ua, ЛУН и музей Ханенко.

Концепция Professium звучит так: каждый унесет, сколько сможет. Студенты, которые выполняют все задания, не ищут легких путей и впитывают фидбек куратора, сильно меняются и делают большие успехи. Те, кто приходят просто послушать лекции (таких почти нет), уходят после первого семестра. На второй нужно перевестись — выполнить все заданные курсовые проекты. Сделать это очень не просто.

Сколько стоит обучение

В зависимости от темы, курсы Professium стоят 66 000-110 000 грн за год. Платить нужно по семестрам. Также студенты могут воспользоваться рассрочкой от «ПриватБанка».

В ряде коротких курсов школы уже действуют гранты. В будущем мы планируем предоставлять гранты и на Professium.

Кем станут выпускники Professium

Тут все зависит от темы Professium. Студенты и выпускники Projector уже работают в ЛУН, OLX, Uklon, Prom.ua, Banda Agency и Grape.

Выпускники курса получают фундамент, который обеспечивает рост и стабильную работу. Добавив к фундаменту опыт работы в реальных проектах, они будут готовы занимать управленческие позиции в своих компаниях.

Для нас важно выпустить специалистов, которые готовы брать на себя инициативу и ответственность, принимать сложные решения, и умеющие отличать этичные решения от неэтичных.

Будут ли расширять количество годичных программ

Цель Projector — создать университет. Professium — важный шаг в эту сторону. Поэтому развиваться будет и глубина, и набор тем. Мы уже рассматриваем запуск Professium по маркетингу, моушн-дизайну, архитектуре и городскому планированию, копирайтингу, видео, режиссуре и другим направлениям.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Я торговал на рынке и прокладывал кабель, а потом основал стартап для выгула собак. Как Павел Волошин создал dogchill

Что делать, если нужно куда-то уехать, а собаку оставить не с кем? Или вы болеете, а питомец хочет гулять? Этими вопросами задавался Павел Волошин — основатель киевского сервиса по выгулу собак dogchill. В колонке на Vector он рассказывает, как появилась идея стартапа, чем они отличаются от конкурентов и как планируют развиваться дальше.

Основатель dogchill Павел Волошин

Чем я занимался до dogchill

Начитавшись бизнес-литературы, к 20 годам я твердо решил для себя и громко озвучил близким, что никогда не буду работать на дядю. Заявил, что я предприниматель и только в бизнесе можно заработать деньги.

Первый проект, который я пытался запустить — локальный интернет-провайдер в маленьком городе Кагарлык в Киевской области. Я привлек партнера, у которого уже был работающий бизнес в этой сфере. Он знал, как работает бизнес-модель и инвестировал $10 000.

Я, в свою очередь, договорился с городскими властями, ЖЕКом и «Киевоблэнерго». Затем я нашел напарника и мы ручками прокладывали кабели по домам, лазили по чердакам, нюхали трупы голубей и ссорились с бабушками. Одна бабушка даже написала на нас заявление в прокуратуру. Мне пришлось за свой счет прибить лист шифера на крыше пятиэтажки, где я никогда не был. Я чуть не сорвался тогда.

Все шло очень неплохо, но мы не учли, что единственным владельцем кабельной канализации, через которую из Киева проходил оптоволоконный кабель, был только что приватизированный «Укртелеком». Я ходил к ним 5 раз, через разных людей предлагал взятку. Но 55-летнего дядечку, которому нужно было досидеть пенсии, мне очаровать не удалось. Если бы он согласился, мы бы стали их единственным конкурентом.

Еще у меня был интернет-магазин бытовой техники. В отчаянии я даже торговал на рынке.

После всех этих провалов мне пришлось пойти на наемную работу. Я начинал с черной товарки в колл-центре в 2012 году: продавал массажер для ног розничной стоимостью $100 под видом новейшего физиотерапевтического оборудования комплексного воздействия, рекомендованного несуществующей Ассоциацией физиотерапевтов США. Средний чек составлял $1000.

По этическим соображениям я ушёл оттуда и стал работать экономистом в мебельной компании, а потом подался в Business development в этой же сфере. Я закончил наемную работу с элитной мебелью украинского производства с минимальным чеком $50 000 и средним чеком $150 000. Самый крупный мой проект потянул на $478 000.

Потом вместе с друзьями я открыл магазин в ТЦ и торговал аксессуарами для iPhone. И вот теперь я связал свою жизнь с собаками.

Как появилась идея сервиса

Сама идея не новая — в США такие сервисы работают с 2012 года. В 2015 году подобный запустили и в Украине — я общался с его соосновательницей. О них тогда написал Forbes Украина, они привлекли какое-то количество клиентов, но больше никаких движений по трафику не реализовали.

Их сервис делал упор на низкую цену и проработал не больше года. Мы же подошли с другой стороны — сделали акцент на высоком уровне клиент-сервиса, безопасности питомца и профессиональных исполнителей.

Проблема, которую мы принялись решать, возникла у меня самого. С самого детства я мечтал о собаке, но родители не разрешали ее заводить. Мы жили в квартире, и они повторяли: «Когда вырастешь и обзаведешься частным домом — заводи себе хоть стаю собак».

Я вырос, но собственного дома решил не дожидаться. Поэтому подарил на день рождения тогда еще девушке, а сейчас жене и партнеру по dogchill Егине очаровательного поджарого бигль-харьера Купера. Если честно, я сделал подарок сам себе под прикрытием ее дня рождения.

Павел с женой Егине и Купером

Это было самое эмоциональное и беспечное решение в моей жизни. Теперь вместо встреч с друзьями после работы мы мчались домой к собаке и с настороженностью входили в квартиру. Во время нашего отсутствия Купер рвал обои, уничтожал мебель и перекусывал кабель интернета. Это происходило почти каждый день, пока он был щенком.

В то время нам очень не хватало кого-то, кто смог бы посидеть с собакой, пока нас не было дома. Это было бы гораздо дешевле, чем ремонт, который я сделал в съемной квартире. Так и появилась идея няни для собак. Это почасовая услуга, которую оказывает профессиональный догситтер.

Няня необходима в тех случаях, когда собака болеет и нужно следить за ее состоянием. Или если она просто скучает и дебоширит, когда остается одна.

Когда мы уезжали куда-то без Купера, всегда ломали голову, с кем же его оставить? У нас много друзей, но они не собачники. После нашего приезда Купер был очень диким и слишком активным. Он вел себя так, как будто с ним вообще не гуляли. Летом наши знакомые выгуливали его максимум 15 минут, а когда на улице был дождь, снег или мороз — и того меньше. Они выводили собаку на 5-10 минут — просто сделать свои дела.

Кроме того, мы очень скучали за Купером, хотели знать, как он там, видеть его кожаный нос, просили делать фото и отправлять нам. Не собачникам этого не понять.

Услуга домашней передержки — это когда вы уезжаете в отпуск или командировку, а собака остается с профессиональным догситтером. Он находится с ней не менее 12 часов в сутки, играет, фоткает и много гуляет.

Выгуливать Купера стало еще сложнее, когда Егине забеременела. Раньше я гулял с собакой утром, а Егине вечером — это было терпимо. Но во время беременности ей нельзя было делать резких движений, соответственно, гулять с ним она уже не могла. Поэтому бремя ответственности за счастье собаки полностью легло на мои плечи. После работы я не мог ни встретиться с друзьями, ни задержаться где-нибудь — я мчался к Куперу. Ему было не важно, что у меня есть другие дела — он хотел гулять.

Как-то раз я отдыхал с друзьями и заказал частного выгульщика через популярный сервис услуг. С самого начала меня смутила невысокая цена. У меня даже закралось подозрение, что он просто украдет собаку и будет требовать за нее выкуп. Переборов себя, я все-таки решился и заказал выгульщика. Признаюсь, что изначально мы оба были настроены негативно.

Через 20 минут после выхода из дома он потерял Купера. Беременная Егине вышла на улицу в метель и мороз и утирая слезы, начала искать собаку. Стоит отдать должное выгульщику, он чувствовал свою вину, помогал искать и не хотел брать деньги, но в 23:00 вынужден был уехать на последней маршрутке, так как другого варианта добраться домой у него не было.

Поиски продолжались 2 часа, после чего Егине пошла домой греться и плакать. Когда я наконец смог вызвать такси и позвал на подмогу пятерых друзей, мокрый и замерзший Купер уже ждал меня у подъезда. Хорошо, что всё закончилось хорошо.

Чем dogchill отличается от других сервисов выгула собак

Услуга выгула собак существовала и раньше, но эта ситуация позволила мне переосмыслить подход к безопасности выгула. Мы хорошо над этим поработали.

В dogchill мы используем специальное оборудование на основе страховочного альпинистского репшнура, стойкого к перетиранию с разрывной нагрузкой 500 кг/м и пожарных карабинов с муфтой. Выгульщик фиксирует на себе страховочный пояс, к которому крепятся два комплекта поводков: по 2 и 4 метра. На собаку кроме основного ошейника надевают еще и страховочный. Все это держится на пожарных карабинах. Такой поводок не то что собака — даже Василий Вирастюк не сможет порвать.

Кроме экипировки для выгула у каждого исполнителя есть брендированный рюкзак, портативная поилка для собак и аптечка на случай непредвиденных обстоятельств. Собрав воедино эти факторы, мы гарантируем, что с собакой ничего не случится во время выгула или догситтинга — это прописано в договоре.

В услугу выгула собаки входит 45-минутная прогулка, фотоотчет, отчет с GPS-трекингом, где указана длительность, километраж и карта маршрута, а также краткое текстовое сообщение, как все прошло. Также в стоимость услуги входит мытье лап и кормление сухим кормом.

Перед запуском dogchill я руководствовался социологическим опросом Research & Branding 2018 года и анализировал рынок. С помощью маркетинговых инструментов я смотрел запросы по своим ключам — их не много, для рынка это новинка. Мало-помалу мы создаем спрос, на рынке даже начали появляться наши клоны.

Как создавали MVP и получили айдентику

Мы планировали запустить MVP в январе этого года, но все время что-то пилили, улучшали и вышли на рынок почти как полноценный продукт. Осталось только обкатать сервис, найти зоны роста и пилить приложение.

От идеи до появления первого клиента прошло 7 месяцев. Мы инвестировали в сервис собственные средства — порядка $10 000.

Работая над MVP и мониторя рынок, я узнал о социальном проекте «ЛавГав». Они производят биоразлагаемые пакеты для уборки за собаками и ставят «Собачі вбиральні» по всему городу. Мне очень понравился сам проект, его идея и айдентика. Я вышел на собственника Диму Федоренко, и листая его страницу в Facebook, наткнулся на конкурс. В рамках проекта «Щедрий вівторок» дизайнерская компания Hooga (та самая, которая делала айдентику «ЛавГав») обещала сделать трем проектам айдентику за смешные деньги. Главным критерием отбора была социальная составляющая.

Я заполнил длинную анкету просто так, ни на что особо не рассчитывая. Какой у меня может быть социальный вклад, если я стартап? Потом начал гуглить, что же это за Hooga такая, и к своему удивлению обнаружил, что это одна из лучших дизайн-студий Украины, обладатели самой престижной премии в сфере продуктового дизайна Red Dot Design Award 2018 за айдентику «Парка коррупции». Тут я окончательно осознал, что мечтать не вредно. В итоге я написал, что меня волнует проблема бездомных собак и в будущем я хотел бы им помогать. Написал и забыл.

Каково было мое удивление, когда через две недели я получил уведомление, что мой проект выбрали для разработки айдентики. Так появилась суперская фиолетовая собака и нейминг — dogchill. Это был первый раз, когда я прыгал от радости в работе над этим проектом.

Рыночная стоимость работ, которые они проделали для нашего сервиса, составляла $3000-5000 — это большие деньги для стартапа. Кроме того, через Hooga я познакомился с Димой и мы с «ЛавГав» запартнёрились: наши выгульщики используют их биоразлагаемые пакеты, чтобы убирать за собаками.

Айдентика dogchill

Выгульщики и оборудование

Мы привлекли подрядчика по маркетингу, сверстали сайт, а копирайтингом занимался я сам. Параллельно с разработкой айдентики я столкнулся с самой большой проблемой, не решив которую, мы бы не запустились — обучение исполнителей. Мы простаивали два месяца, так как продукт напрямую зависит от них.

Я хотел привлечь кинологов, чтобы разработать учебную программу, но они только крутили пальцем у виска. И тут я случайно наткнулся на школу взаимопонимания с животными ​Pets&People.​ Я с первого взгляда влюбился в их отношение к животным и ценности. Это была последняя надежда и мечта одновременно. Мы встретились с основательницами, пообщались несколько часов и посмотрели школу.

Pets&People не используют механическое воздействие при работе с собаками, как это делают большинство кинологов. Их путь — научно обоснованные методы обучения и взаимодействия с животными. Каждый год школа проводит конференцию P2P Forum для владельцев животных и привозит специалистов со всего мира.

Соосновательницы Оксана Галан и Наталья Подобреева используют опыт мировых лидеров в сфере воспитания, обучения, физического развития и содержания животных. Они маньяки своего дела.

Pets&People согласились разработать программу для наших исполнителей и ввели нас в собачье сообщество, за что мы им очень благодарны. Мы сотрудничаем на партнерских условиях. Для разработки оборудования для выгульщиков мы привлекали профессиональных альпинистов.

Сколько человек работает в команде dogchill

На данный момент нас четверо: я, Егине и подрядчик по маркетингу — агентство Kodatskyi.com. Я занимаюсь клиент-сервисом, продажами, маркетингом, PR и развитием. Мой главный партнер по dogchill — моя жена. Егине — специалист по управлению проектами, управляющий партнер бизнес академии 4Smart. Она все это время вела проект, описала все бизнес-процессы, построила воронку найма сотрудников, собеседует их, мучает тестами, анкетами и инструкциями. На ней HR, бизнес-процессы, финансы, безопасность, дисциплина исполнения и самое важное — администрирование меня. С этим скиллом у меня пока не очень, но я пытаюсь его прокачать.

В первую очередь мы возьмем в штат HR-менеджера и по совместительству рекрутера, а также личного помощника. Я пока боюсь кому-то делегировать клиент-менеджмент — «вылизываю» и искренне люблю каждого из них. По возможности я катаюсь с выгульщиками на пробные прогулки и лично знакомлюсь с клиентам.

Андрей Федорив на одном из выступлений говорил: когда ты открываешь первую кофейню и к тебе заходит первый посетитель — ты невероятно счастлив, пытаешься во всём ему угодить, угощаешь кофе и улыбаешься. Но когда у тебя 50 кофеен, ты не очень-то заморачиваешься, что бариста в каком-то из них нагрубил гостю или не пожелал хорошего дня.

Моя цель в клиент-менеджменте — чтобы каждый клиент чувствовал себя как первый.

Как рассчитывали стоимость услуг

Мы высчитали примерную себестоимость каждого вида услуг и пакетов внутри них. Примерную, потому что многие переменные зависят от внешних факторов. Большая часть стоимости выгула состоит из зарплаты исполнителя, а также инвестиций в маркетинг, налогов и накладных затрат.

В самом начале мы сформировали портрет нашего идеального клиента, и одним из многих критериев был уровень платежеспособности аудитории.

Каждый раз, когда нам казалось, что рынок еще не готов (а он действительно только формируется), что это «дорого» и тому подобное, мы обращались к портрету нашего идеального клиента и понимали, что он один из первых, кто готов и более того, требует этот сервис!

Как работают выгульщики собак

У нас четко прописаны все инструкции по каждой услуге. У каждого исполнителя есть KPI, на основании которых мы начисляем зарплату. Например, по услуге выгула их семь, по догситтингу — больше. GPS-треккинг прогулки, фотоотчет и текстовый отчет — только один пункт. Для себя мы требуем фото пакета с убранными экскрементами и собираемся привлекать «тайных покупателей» — будем выборочно следить со стороны, как работают наши сотрудники.

Также мы проверяем, насколько хорошо выгульщики знают инструкции. После успешного прохождения теоретической части, мы встречаемся и отрабатываем практические навыки под чутким руководством наших партнеров из Pets&People.

Мы долго ломали голову, как решить вопрос с ключами от квартиры и пришли к выводу, что человек, который хочет оставить ключ — оставит, кто не доверяет — и не будет доверять. Можно оставить ключи от квартиры консьержу, охраннику, соседу. Иногда клиенты сами предлагают решения: у кого-то приходит мама, а кому-то просто лень гулять с собакой, и он передает нам питомца на лестничной площадке.

У нас нет проблем с поиском выгульщиков. Пост о вакансии в Facebookорганически привел к 150 заявкам потенциальных исполнителей (не без помощи наших друзей). Из них до финиша дошли 20: кто-то отсеялся сам, кого-то отсеяли мы. Сейчас у нас висит еще 200 необработанных заявок — на это катастрофически не хватает времени. Некоторые кандидаты уже пишут и звонят, мол, почему так долго не отвечаем.

С каждым исполнителем у нас заключен гражданско-правовой договор. Мы проверяем их по базам правоохранительных органов на наличие привлечений к криминальной и административной ответственности.

Мы целенаправленно отказывали людям, которые срочно ищут постоянную работу — просто не знали уровень нагрузки и не хотели отнимать у людей время. В основном мы брали людей по совместительству с основной работой. Среди наших выгульщиков — фотограф-видеограф, юрист, рекрутер международной финансовой компании, медиапланнер одного из крупнейших ТВ-каналов, владелица кафе, художник-иллюстратор, графический дизайнер, врач-интерн и студенты.

Основная мотивация наших исполнителей — любовь к собакам. У кого-то была собака в детстве, кто-то  по разным причинам не может позволить себе завести питомца, у кого-то уже есть собака и свободное время.

Обратите внимание на людей, которые умиляются при виде собаки на улице — наши исполнители такие же. Мы долго и тщательно выбираем людей, ищем своих по ценностям.

Как рассчитывали KPI и как планируют развиваться дальше

Мы проводили полноценную стратегическую сессию и поставили цели на ближайшие полгода. В первую очередь мы выясняем спрос на наши услуги по районам и микрорайонам Киева, чтобы обеспечить их исполнителями неподалеку. Пока мы не можем просчитать самоокупаемость, но рассчитываем выйти на нее в течение 6 месяцев, так как недостаточно данных LTV. Сейчас наша основная цель — набрать команду исполнителей-профессионалов.

Наша ниша достаточно широкая, пока будем развивать ее. В ближайших планах — успешная реализация в Киеве, дальше будем масштабироваться в городах-миллионниках. В следующем году планируем запустить услуги для котов. Игроки собачьего рынка в Украине сейчас активно их формируют и у нас большая зона роста, все впереди.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Не играть в стартап, а строить бизнес. Как 3 сооснователя Quokka развивают компанию без инвестиций

Может ли email-рассылка помогать продавать в два раза больше? Такой вопрос задали себе сооснователи Quokka.io — SaaS-продукта, который донесет ваше сообщение тем, кто не открыл email, по другим каналам.

Как стать на один уровень с инвесторами, создавать продукт на удалёнке, почему Product Hunt больше не работает и каким будет email-маркетинг через 10 лет? Это и многое другое мы обсудили с Павлом Кузнецовым, Русланом Назаренко и Алексеем Ермоленко, сооснователями Quokka.

Сооснователи Quokka: Павел Кузнецов, Алексей Ермоленко и Руслан Назаренко

Зачем нужна Quokka

Любое исследование говорит, что email открывают 20-30% подписчиков. Что делать с оставшимися 70-80%? Допустим, 20% попало в спам, но остальные письма не открывают. Людям даже может быть интересно, но они думают: «Вроде прикольная штука, открою потом». Это «потом» никогда не наступает.

В этот момент появляемся мы и говорим: «Ты может быть откроешь, но пока ты этого не сделал — мы покажем тебе этот же месседж в Facebook, Google и на других площадках». Цель email-маркетинга не в клике или открытом сообщении, а в конечной продаже. У тебя есть миллион писем и ты делаешь с них тысячу продаж? С Quokka у тебя будет миллион писем и две тысячи продаж.

Как создавали продукт и искали первых клиентов

Команда Quokka состоит из трех сооснователей:

  • Павел Кузнецов отвечает за продукт и общается с пользователями;
  • Руслан Назаренко отвечает за маркетинг, стратегию и рост;
  • Алексей Ермоленко занимается технологией.

На этапе тестирования мы проверяли, нужен ли продукт кому-то, кроме нас. Когда запустили Quokka, сначала прокручивали оплату через платежную систему и выводили на ФОП. Пока тестируете идею, не убивайте время на дорогостоящих юристов и регистрацию. Может оказаться, что все ваши клиенты из Канады, и легче оформиться там. Проверьте, готовы ли люди платить за ваш бизнес. Для этого хватит PayPal.

Сейчас наша компания зарегистрирована в Делавере, налоги мы платим с американского счета. К этой стадии мы пришли, потому что:

  1. бизнес может заинтересовать покупателей и он должен быть хорошо оформлен;
  2. было сложно платить за услуги и за команду;
  3. чтобы работать с крупными клиентами, нужно иметь «правильную» компанию.

Мы разделили доли в зависимости от того, кто сколько потратил: кто больше рискует, тот больше получает. Это показывает, что мы действительно верим в важность нашего продукта, а не просто хотим потратить чужие деньги.

Первых юзеров мы получили с Product Hunt, но в 2019 году сервис уже не дает такого сильного всплеска интереса к продукту. Самая большая ценность Product Hunt — возможность посмотреть, как на твой продукт реагируют будущие клиенты. Понять, кто они, и что делают внутри продукта. Например во время первого запуска мы поняли, что сильно зависим от интеграций.

Для первого запуска Quokka мы никому не спамили, не отправляли просьбы прокомментировать или проголосовать. Нас интересовал только реальный фидбек. Внезапно мы стали #2 of the day, получили 540 регистраций, а на втором выходе — 1700+ регистраций. В список ожидания попало 12 компаний-единорогов.

Наша инфраструктура не была готова к такому наплыву пользователей. Из-за этого после первого запуска что-то ломалось: оплата, интеграция, нагрузка. Quokka не сохраняет твои email и бюджеты на сервере, поэтому происходит процесс пингования. Трафик прогоняется через нас и передается партнерам: из MailChimp в Facebook, из Google в Complaint Monitor.

В первой версии у нас была хорошая воронка от регистрации до оплаты, но плохая — от оплаты до получения ценности. Пользователи платили за продукт и не понимали, что делать дальше. Мы исправили это во второй версии. Первый продукт был задуман как связь между MailChimp и Facebook. В Quokka 2.0 было уже 7 интеграций с другими сервисами, сейчас — 13.

Если всё-таки выходить на Product Hunt, учтите два момента:

  1. Вы должны дать сообществу ценность. Product Hunt — это community-based платформа: вы должны общаться с пользователями, они должны знать вас до того, как ваш продукт появится на платформе. Поддерживайте предыдущие продукты, задавайте вопросы, советуйте, находите баги. Регистрироваться на Product Hunt только когда появился продукт — неправильно.
  2. Product Hunt подходит не всем. Если у вас локальный бизнес или маленькая аудитория — Product Hunt вам не подойдет. Нам повезло, что все занимаются email-маркетингом. К тому же у нас мощное сообщество, так что в комментариях к Quokka есть пользователи со всего мира: Китай, США, Индия.

Между первым и вторым запуском мы поняли, что наша аудитория — это компании уровня Codeacademy. Они отправляют сотни тысяч писем, у них настроен PPC, они понимают, как вручную делать работу, которую выполняет Quokka. У нас есть 20 контрольных вопросов, по которым мы определяем размер компании, бюджеты PPC, рабочие сети, частоту email. По ответам понимаем, может ли компания получить у нас максимум ценности. Наша ценность — когда клиент платит $200, а зарабатывает $2000.

Канал с невероятным потенциалом — это партнеры. У нас есть 6 партнерств с другими компаниями, в основном email-service провайдерами. Вместе мы делаем контент, проводим вебинары, они делают холодные рассылки. Мы завязаны на интеграциях, поэтому глупо не использовать этот ресурс. Наш любимый партнер — Customer.io. С ними вплотную работаем, вплоть до того, что летом проведем для всей команды вебинар по тонкостям работы с Quokka.

Где-то 25% нашего трафика приходит с Product Hunt, остальное — в равных пропорциях от рефералов и партнеров. Мы ставим на то, что в будущем большинство трафика будет идти от партнеров и реферального маркетинга.

Есть классическое правило: 40% пользователей должны быть очень расстроены, если твой продукт вдруг перестанет работать. Мы хотим повысить этот показатель до 80%.

Как создавать продукт, когда у вас есть фултайм работа и вы находитесь в разных странах

Кроме работы над Quokka, у нас есть другие дела, фултайм работа, мы много инвестируем в свое обучение и живем в разных городах. Фултайм работа помогает быстрее учиться на ошибках и проблемах.

Мы можем друг с другом советоваться, но за счет четкого разделения обязанностей нам не нужно много личного общения. Когда мы созваниваемся или списываемся, то уже точно знаем, кто чем занимается и что должно получиться. Мы можем два часа говорить о жизни, но когда речь заходит о продукте, то вопросы можем решить за десять минут.

Когда на выходных мы садимся работать над Quokka, выделяем на это 16 качественных часов. Это закон Паркинсона в действии: работа занимает столько времени, сколько на нее выделяешь. Мы на связи каждый день, не строим глупые фичи, не питчим впустую и не даем пустых обещаний.

Многие основатели суетятся: «Нужно тому позвонить, с тем встретиться, туда отправить». Ты весь такой деловой, бегаешь с утра до ночи. Мы же делаем штуки, о которых в баре особо не расскажешь.

Физически невозможно быть сфокусированным 5 дней в неделю с 10:00 до 19:00, нужно перезагружаться. Однажды мы с Русланом застряли на вопросе одного канала маркетинга и дня 3 не могли придумать решение. Руслан пошел серфить, попал в шторм, получил ледяной водой в лицо, его унесло течением и он повредил ребро. После этого он с горем пополам выбрался, прибежал домой — и придумал сразу три отличных решения.

Мы работаем удаленно, команда разбросана по разным странам — и это лучшее, что могло случиться. Мы находимся в разных экосистемах, общаемся с разными людьми, у нас абсолютно разный опыт. Например, Паша видит, как появляются европейские единороги, как работает бизнес-экосистема в Берлине. Леше путешествия помогают переключаться, потому что когда он садится кодить, то ни на что не отвлекается.

Почему инвесторы — это не всегда хорошо

У нас нет инвесторов или третьих лиц с долями в компании. Мы изначально строим Quokka как бизнес.

После третьей бутылки рома в самом начале работы у нас появились принципы, которые мы до сих пор используем. Один из них — мы строим работающий бизнес, а не стартап-историю.

Инвесторы, питчи на конференциях, звание «Лучший стартап в Нигерии» — все это бесполезно. Нужно строить продукт, который будет полезен людям, приносить им ценность и за который будут платить.

Многие стартапы питчат на конференциях вместо того, чтобы общаться с пользователями. Вместо того, чтобы анализировать конкурентов, они убивают время на привлечение небольших сумм денег. У них может быть лучший питч месяца, но не будет клиентов.

Если привлекать инвестиции уже необходимо, важно общаться с инвестором на равных. Ему должно быть так же интересно с тобой, как и тебе с ним. Для этого как минимум нужно:

  1. Привлечь в проект талантливых ребят. Если у тебя достойная идея, то будет несложно привлечь разработчиков, дизайнеров и не тратить деньги на создание продукта.
  2. Делать простой продукт. Дорогие продукты слишком сложные. Quokka — очень простой продукт, поэтому и создать его было недорого.

«Привлечение денег — это фултайм работа. Это несложно, если четко знаешь, зачем тебе деньги и как увеличить полученные средства для инвесторов. У нас нет принципа никогда в жизни не привлекать инвестиции, но сейчас мы этим не занимаемся и тратим все силы на рост выручки и ценность клиентам», — говорит Алексей Ермоленко, CTO Quokka.

Почему опыт клиента важнее роста и денег

После краха доткомов самой важной вещью была идея, после появилось много компаний, которые ставили на первое место рост: «У нас миллион скачиваний, но одиннадцать реальных пользователей». Некоторые компании невероятно взлетали и потом так же больно падали.

Яркий пример — клининговый стартап Homejoy. Команда подняла $35 млн, а через полтора года сдулась. У них было много наград, денег и крутой пул инвесторов. Но их система привлечения клиентов была убыточна. Они поняли, что невозможно достичь показателя, когда клиенты будут реально приносить прибыль стартапу.

Павел Кузнецов: «Сейчас я работаю в крупной компании Zalando, для которой сначала самыми важными были деньги, рост и экспансия. В этой стратегии есть огромный плюс — ты начинаешь зарабатывать достаточно для того, чтобы по пути разбираться в ошибках.

Если у тебя на счету много денег, ты можешь нанимать и увольнять неправильных людей, пугать или покупать конкурентов. Ты — самый накаченный чувак на улице.

Но есть и минус. Когда ты игнорируешь культуру и пользователей, фокусируешься только на росте, то у тебя нет времени внимательно и качественно пообщаться с каждым пользователем. Нет времени понять, почему люди перестают пользоваться продуктом. Ты говоришь: «К черту, у нас есть еще миллион пользователей». С годами это распространяется как вирус, его тяжело лечить.

Нас нельзя сравнивать с компаниями типа Zalando или BetterMe. Мы работаем для конкретного сегмента B2B-компаний, поэтому можем поставить себе цель пообщаться с каждым платящим клиентом лично. Когда ты закрываешь потребности миллионов — например, занятия фитнесом — у тебя нет рациональной причины лично общаться с каждым пользователем. Ты собираешь их в огромные группы, выборочно общаешься, и этого хватает, чтобы давить деньгами и конкурировать.

Руслан Назаренко: «Zalando и BetterMe работают на очень конкурентных рынках. Им жизненно необходимо быстро найти точки для роста, чтобы иметь возможность сражаться за пользователей.

В Quokka мы можем экспериментировать. Есть желание докопаться до истины, понять, как будет лучше пользователю, как доставить ему большую ценность. Для нас это важнее роста, денег и команды в 50 человек».

5 главных факапов Quokka

  1. Мы боялись потерять клиентов и давали им нереальные обещания. Наш продукт очень зависит от интеграций. К нам приходили клиенты и говорили, что не могут пользоваться Quokka, потому что нет интеграции с их продуктом. Мы обещали им эти интеграции.
  2. На старте мы выбрали неправильную целевую аудиторию. Вначале мы таргетили SaaS, но в какой-то момент остановились, подумали и поняли, что наша идеальная аудитория — e-commerce. Если бы мы пришли к этому раньше, возможно сейчас были бы больше.
  3. Тратили время на общение с «не нашими» пользователями. Мы никому не продавали продукт, но часто делали публикации в тех-сообществе, общались с пользователями, у которых не было PPC-бюджета или был низкий уровень анализа email-маркетинга. Теперь мы понимаем, что у нас нет ресурсов объяснять, почему в современном мире так важен email-маркетинг. Рынок им объяснит.
  4. Мы поздно поняли, что Quokka нужна маркетинговым агентствам. В агентствах иногда делают то же самое, что и мы, только вручную. Так что продавать им несложно. У нас появилась другая проблема — мы не знаем, сколько денег с них брать. Так что сейчас мы работаем над идеальным прайсингом и условиями для работы с агентствами.
  5. Мы все-таки пытались привлечь небольшой seed round вместо фокуса на поиске клиентов. К счастью, вовремя остановились.

Как будет развиваться Quokka и каким будет email-маркетинг через 10 лет

После работы с партнерами и общения с пользователями мы поняли, что наш продукт — это не просто ретаргетинг на неоткрытые письма.

Сам факт открытого письма на бизнес не влияет. На него влияет то, что человек открыл email, кликнул и купил.

Quokka заставляет вас прочитать месседж, который вы пропустили, забив на email. Поэтому когда вы кликаете на рекламу в Facebook, вы не переходите на онлайн-версию сообщения. Вы идете туда, куда бы вас направил email, и покупаете.

Мы видим огромный потенциал в использовании наших данных. Допустим, есть email-кампания, вы ничего не меняли, но сначала open rate был 36%, а теперь — 24%. Чтобы ответить, что случилось, нужно сегментировать аудиторию, понимать, на каких девайсах покупатели перестали открывать сообщения. Такая работа у маркетолога занимает минимум сутки. Мы будем решать эту проблему в Quokka 3.0.

У email-маркетинга есть огромный потенциал, сейчас он не используется. Все смотрят только на дизайн и тестирование темы письма.

Quokka 3.0

Мы видим будущее в автоматизации и омниканальности. Вы добавляете лидов в LinkedIn, пишете им приветственное сообщение, напоминаете несколько раз, закидываее email. Если не откроют — показываете рекламу. В таких цепочках показатель open rate нивелируется. В Quokka мы вывели метрику message delivery, и в третьей версии будем ее продвигать. Эта метрика показывает, какой процент вашей аудитории увидел месседж. При этом неважно, через какой канал: email, таргетинг, биллборды. Это и есть омниканальность.

Будущее email-маркетинга зависит от того, какими девайсами мы будем пользоваться через 10 лет. Если они будут аналогичны современным (с экранами), то email-маркетинг особо не поменяется. Google недавно внедрил интерактивные письма через AMP. Так что письма будущего будут похожими на сайты, станут менее статическими. Компании перестанут отслеживать open rate и click rate, станут обращать внимание на ценность от писем в связке с другими каналами.

«Изменения коснутся аналитики. Многие думают, что машинное обучение — это что-то непонятное, «черная коробка». На самом деле есть миллион инструментов на GitHub, которые можно скопировать за пару вечеров. В итоге, даже не умея программировать, можно, например, получить модель кластеризации», — объясняет Алексей Ермоленко.

Сами письма никуда не исчезнут. Всегда будет сообщение, которое вы пытаетесь донести наиболее дешевыми каналами. Email сейчас — именно такой канал.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

«Нам интересны бренды и современная культура». Как работает don’t Take Fake — фестиваль, конференция, агентство и медиа

don’t Take Fake — название самого известного киевского фестиваля уличной культуры. Он начинался с киевских ярд-сейлов – тогда они проходили в галерее «Лавра». В то время команда сделала ставку на небольшие локальные бренды. Такой формат хоть и приносил прибыль, но быстро наскучил, тогда и появилась идея сделать что-то большое. С 2011 они отказались от этой концепции и создали ежегодный фестиваль don’t Take Fake.

Сегодня проект don’t Take Fake охватывает четыре разных сферы – агентство DTF Agency, сам фестиваль don’t Take Fake, издание DTF Magazine и их новый проект DTF Conference. Рассказываем, как у них получается это совмещать.

Команда

В штате don’t Take Fake работает 15 человек, но на время фестиваля команда разрастается до пятидесяти сотрудников. Каждый из них отвечает за свой сегмент: медиа, агентство, фестиваль или конференция. Но в команде принято включаться в работу друг друга. В субботу в офисе мы застали 4 участников проекта. Дима Соболь — единственный, кто работает в проекте с первого дня его существования. Он автор идеи, занимается работой с партнерами фестиваля и одновременно тимлид всех проектов агентства. Тарас Евтушенко – директор агентства, руководит техническим и финансовым сектором. Вова Волощук, главред издания DTF Magazine, отвечает за контент. Юля Сосновская занимается всей коммуникацией и курирует предстоящую конференцию DTF Conference.

Юля Сосновская и Дима Соболь. Фото: Даша Логачева

Первым крупным брендом, который согласился участвовать в фестивале don’t Take Fake, стала Puma. В качестве примера команда ориентировалась на масштабные выставки уличной культуры – Bread&Butter (тогда еще в формате В2В бренд-шоу) и фестиваль Faces&Laces. Вспоминают, что уже первое мероприятие прошло здорово. Дима Соболь говорит, что в Украине нет или «почти нет» прибыльных фестивалей, и don’t Take Fake не исключение: за все восемь лет своего существования фестиваль не стал прибыльным.

В 2012 году в DTF обновилась команда. Из первого состава остался Дима Соболь и Саша Саттаров, курирующий работу с брендами. К ним присоединились Тарас Евтушенко как технический директор и Максим Тархов, который стал арт-директором проекта. Тогда все работали без зарплат. Если получалось заработать, то прибыль делили на четверых, если нет, то приходилось делить убытки.

Проблемы с монетизацией фестиваля

«Нужно делать и верить, что все получится. Мы работали с крупными брендами, и они начали вкладывать свои деньги в проект. Правда, он быстро разрастался, мы начали вкладывать еще больше денег, придумывать новые форматы, разрабатывать новые зоны для фестиваля. Чтобы покрывать расходы, пришлось начать работать как агентство», — говорит Дима Соболь. DTF Agency официально открыли в 2016 году, но как субподрядчики они вели свои проекты уже в течение 4 лет. В 2016 двое из сооснователей DTF – Евтушенко и Соболь — ушли со своих основных работ и полностью погрузились в работу агентства.

В 2011 фестиваль начинал с денежного оборота в $6000, в 2018 году он уже составил $200 000. Помимо спонсорских денег, все сооснователи вкладывали и собственные.

Директор DTF Agency Тарас Евтушенко говорит, что и тогда, и сейчас некоторые воспринимают don’t Take Fake как площадку, которая просто распределяет квадратные метры для брендов. На деле все иначе: команда DTF самостоятельно придумывала разные концепты для каждого международного бренда, который участвовал в фестивале, разрабатывала активности и даже изготавливала стенды.

В том же 2016, ровно за месяц до начала фестиваля, у команды буквально «слетела» локация. Они хотели провести его в пространстве «Мистецький Арсенал», но в последний момент им отказали, мотивируя это тем, что формат DTF не подходит культурному пространству.

Дима Соболь вспоминает, как тогда пришлось спасать ситуацию: «Мы решили рискнуть и провести DTF на территории Киевской крепости. У нас был опыт больших ивентов такого формата в крытых помещениях, но провести аналогичное мероприятие на улице стоило нам в три раза дороже. Не каждый бренд был готов сходу умножить свои расходы на фестиваль в несколько раз. Нас немного подвела погода, но за два дня к нам пришло 7000 человек, а это было немало».

Тот фестиваль стал для организаторов в чем-то переломным, убытки составили 800 000 гривен. Спасло агентство, которое хоть и работало первый год, но уже зарабатывало.

Дима Соболь говорит, что отказываться от фестиваля никто не планировал, но нужно было пересмотреть его бизнес-модель. Долги закрыли за счет денег DTF Agency, а фестиваль полностью перешел под крыло агентства. Так DTF Agency вышло на первый план.

Начало работы агентства

Внутри проекта выделилась команда агентства: все проекты стали вести Соболь и Евтушенко. У них появился офис, в котором они работают до сих пор. Это большая квартира в историческом доме на улице Лютеранская. В ней 3 комнаты, в которых сегодня работает 15 человек.

Для роста фестиваля было необходимо больше денег. В то же время он помогал агентству привлекать новых клиентов и расти.

Команда и раньше создавала активности для брендов как организаторы фестиваля. Теперь же агентство продолжает эту работу в течение всего года. Работая с брендами-участниками don’t Take Fake, агентство не берет с них комиссию за свои услуги. Расчитывают на то, что если бренду понравится их работа в рамках фестиваля, то он будет привлекать DTF Agency и на другие свои проекты.

В итоге так и случилось, а инвестиции в мероприятие выросли. Директор Тарас Евтушенко так описывает этот процесс: «За любым большим брендом всегда закреплено свое агентство. Мы же предлагали им зайти на наш фестиваль напрямую, без привлечения другого агентства. Они экономили деньги, а мы получали больше контента для фестиваля. Как молодое агентство, мы показывали бренду, что мы профессионалы и умеем с работать в таких форматах».

Зачем компании свое медиа

Главных проектов у DTF сегодня три: агентство, фестиваль и медиа. Все они плотно связаны между собой. Сейчас прибыль компании приносит только DTF Agency, а в остальные проекты все еще нужно дополнительно инвестировать.

Два года назад команда открыла свое медиа – DTF Magazine. Дима Соболь говорит, что медиа стало для проекта крутым бонусом. В какой-то момент они уперлись в потолок: на фестиваль приходило столько же людей, а аудитория постепенно стала взрослеть. С помощью издания, которое начинало с охвата в 20 000 посетителей в месяц, а выросло до 150 000, получилось омолодить аудиторию фестиваля. В 2018 году на мероприятие пришло 12 000 гостей, на несколько тысяч больше, чем за год до этого. Эту заслугу в компании приписывают изданию и тому контенту, за который отвечает главред Вова Волощук. Свое медиа помогло привлечь на фестиваль больше молодой платежеспособной аудитории, за которую борются крупные бренды и позволило зарабатывать на нативной рекламе.

Тарас Евтушенко и Вова Волощук

Главный редактор DTF Magazine говорит, что больше всего их интересуют бренды, индустрия и современная культура: «В современном мире бренды и культура неразрывно связаны: это видно по амбассадорам брендов и тем коллаборациям, которые они делают. Мы первыми стали основательно писать о поп-культуре. Не просто излагать факты, а объяснять, почему так происходит, и как это касается всех нас. Нам интересна уличная и современная культура и все, что с ней связано».

Зачем нужна конференция

В ноябре прошлого года DTF решили провести свою первую конференцию. Она пройдет пройдет 8 июня в галерее «Лавра». Мероприятие тоже появилось неслучайно. Дима Соболь рассказывает, что команда собралась и нарисовала свою экосистему. У них уже было медиа, которое писало о брендах; агентство, которое с ними работало; фестиваль, который их показывал. Теперь хотелось сделать что-то, что рассказывало бы о людях, которые создают бренды или отдельные продукты. Среди спикеров хотели видеть основателей брендов, арт-директоров, художников, музыкантов, представителей медиа. Это мог быть любой человек, причастный к созданию важного для индустрии продукта.

«Сначала хотели провести конференцию на ВДНГ, но дата нашего ивента совпала с проведением крупнейшей в Восточной Европе агровыставки. Мы побоялись, что рядом с нами могут поставить конюшни или огромный бассейн с рыбой и начали искать новую локацию», — Дима Соболь. В итоге событие перенесли в галерею «Лавра», с которой когда-то начиналась история don’t Take Fake.

Организаторы говорят: если площадка смогла принять формат DTF, то после них готова провести ивент любой сложности. Для фестиваля они могли построить рампу для скейтбордтистов, с которой бы те прыгали в бассейн, перекрыть проезжую часть для уличных видов спорта или завезти автодром и карусель внутрь здания.

На конференцию решили пригласить спикеров, которые никогда не выступали в Украине. Сначала составили список из двадцати человек из сферы бизнеса, медиа, арта и ивентов и были уверены, что без проблем наберут 5-10 спикеров за короткий срок. Контакты приходилось искать на личных сайтах, в Facebook и Instagram. В итоге список увеличился в пять раз, а с новыми контактами порой помогали сами спикеры. «Это дико приятно, когда едва знакомый тебе человек просто пишет смс-ку другу – и вот вы уже обсуждаете детали участия», – рассказывает Юля Сосновская, которая курирует DTF Conference.

Она писала письма с предложением, описывала, почему конференция важна для Украины и локальных креативщиков, что от нее получит сам спикер. Организаторы понимали, что гости из Австралии, США и Европы могли ничего не слышать об Украине. Из-за этого одних было сложнее убедить, а других наоборот привлекала возможность впервые приехать в Восточную Европу.

Конференция пройдет впервые, поэтому о ее прибыльности говорить пока рано. Но за два дня организаторы ждут не меньше 1000 человек.

В процессе переговоров спикеры сами выставляли свои гонорары. Например, один спикер из сферы медиа запросил гонорар в $75 000 долларов. Ему пришлось отказать, зато в начале июня в Киев приедет Уба Батлер – известный британский журналист, который прославился тем, что изображал несуществующего дизайнера на парижской неделе моды и придумал самый популярный ресторан на TripAdvisor, хотя на самом деле ресторана не существовало.

Дима Соболь говорит: «Мы первое в Украине мероприятие, которое целиком посвящено брендам и креативности. В рамках конференции мы расскажем людям, благодаря чему что-то крутое стало крутым. Тебе не покажут четкий алгоритм, как через год стать миллионером. Это скорее история про фан и вдохновение, которое сподвигнет человека на создание чего-то нового, а в результате еще и принесет деньги».

Почему это работает

DTF Agency работает с известными в мире брендами, среди которых Adidas, Puma, Monster Energy, Fa, Pabst Blue Ribbon, Levi’s и другие. Многие из клиентоводновременно сотрудничают с DTF и как с агентством, и в рамках медиа, и в рамках фестиваля. Быстро сориентироваться команде помогают совместные брейнштормы, которые проходят не реже раза в месяц.

«Мы до сих пор не запутались во множестве своих проектов, потому что каждый отвечает за что-то свое. Но особый кайф в том, что мы собираемся вместе, чтобы покреативить. Это всегда помогает, появляются свежие взгляды и идеи. У кого-то из нас более прагматический подход к вопросу, у кого-то более творческий, но вместе это начинает работать. У каждого свой бэкграунд, и это взаимодополняет весь DTF», — говорит Дима Соболь.

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

«Ми вкладали по $40 000, аби отримати $100». Історія студента, що став трейдером

Чи реально бути вовком з Уолл-Стріт у 19 років? Як потрапляють у трейдинг? Чи можна на цьому заробити та як не натрапити на “розвод”, де ти вкладаєш свої гроші і постійно їх втрачаєш? Нашому героєві 22 роки, зараз він працює в IT-компанії. Проте його перша робота — спекуляції акціями різних компаній, трейдинг. Він потрапив до цієї сфери у 19 і 2 роки провів у компанії тих, хто заробляє трейдингом на життя.

Ми публікуємо його історію анонімно, адже українське законодавство не регулює виплату податків з трейдерської діяльності.

Зі студента — у трейдери

До трейдингу мене долучив мій знайомий по університету. До нашої студради просто прийшли і сказали: «Є ось така пропозиція. Поширте серед студентів. Хто захоче, то хай підходить ось в такий час в ось це місце». Я тоді був на другому курсі, нічим серйозним не займався, а офісну роботу ще не розглядав як спосіб заробітку.

Я погодився, бо офіс був поруч з гуртожитком. Тож між «просто грати в Доту» та «дізнаватися щось нове» я вибрав останнє.

До того ж, вся мої друзі теж пішли туди повним складом.

Чому таких «зелених» хлопців туди взяли? З нас легко було зробити те, що було потрібно топ-трейдерам, для яких ця робота приносить основний заробіток. Ми взагалі не розуміли, що відбувається, тож достатньо було логічно дати нам якусь інформацію, аби ми сприйняли її за аксіому. Нам не платили фіксованої зарплати: лише те, що ми заробляли за успішні спекуляції акціями.

Своїх коштів я ніколи не вкладав. В цьому немає жодного сенсу, адже порівняно з тим, які суми ми вкладали, це ніщо. Використовувати власні кошти — це для бінарних опціонів. Коли ти маєш $1000, тиснеш кнопку і отримуєш $1500. Але зазвичай бінарні опціони — це лохотрон, і ти частіше програєш, ніж виходиш у плюс. В трейдингу так не буває, ми вкладали по $30 000 чи $40 000, аби отримати $100.

В більшості випадків моїми колегами були студенти. Вони туди приходили, бо канал постачання співробітників був через студради. До того ж, компанії дешевше було використати сарафанне радіо студентів, ніж шукати професіоналів. Спочатку я шукав тут шахрайство, але потім побачив реальні гроші і зрозумів, що все безпечно.

Як відбувається співбесіда на трейдера

Однією з вимог на співбесіді була технічна освіта. Я не знаю, чи був в команді хтось з гуманітаріїв, але були люди без освіти взагалі. У трейдингу потрібно запам’ятовувати величезні обсяги інформації: які схеми використовувати під час спекуляцій, алгоритми чи поведінку ринку. Крім того, їх потрібно використовувати на практиці — тобто саме від обраної схеми залежить твій успіх.

Це як фізика: ти знаєш якісь закони, отримуєш задачу, яку розв’язуєш за допомогою цих законів. Але в фізиці є відповідь, а в трейдингу – немає. Там все ставиться на знак «=» в кінці.

Дівчина не може прийти в цей бізнес. Це не сексизм, це стосується емоцій. Вони відіграють колосальну роль у трейдингу. У цій сфері ставлення до жінок чимось схоже на приказку «жінка на кораблі то до нещастя». Коли ми наймали людей, особливо не зважали на стать, однак дівчину в команду так і не знайшли.

На наших співбесідах нас нічого не питали. Коли ж я проводив співбесіди, то намагався дізнатися, яка у тієї чи іншої людини мета. Якщо вона хотіла стабільно заробляти гроші і за три місяці купити машину, то ми відразу прощалися. Так не буває.

В 95% випадків, якщо ти взагалі нічого не розумієш про трейдинг, то натрапиш на якусь дурницю, де тобі обіцяють розбагатіти швидко, а ти навпаки збільшуєш борги.

Скільки можна заробити на трейдингу

У нашій компанії за навчання ніхто не платив. Наші керівники передавали свої знання нам, а ми намагалися застосувати їх досвід та створити свою схему заробітку. Окрім цього, була платформа – брокер. У брокерів в розпорядженні є акції. Компанія надає усім охочим доступ до публічних акцій через брокера. Один з них і надавав нам свої послуги через платформу.

Не можу говорити про те, акції який компаній ми купували. Скоріше за все, про них нічого не відомо пересічному українцю. Проте можу розказати, як відбувався процес. Перед тим, як виконувати спекуляції з акціями, я мусив дізнатися про цю компанію усі подробиці. Якщо я за 5 речень не міг пояснити, чим вона займається, то мене не допускали до укладення угоди.

Ми заробляли відсоток з прибутку, кожен розумів свій NPL (Net Profit Loss або прибуток). У нас був загальний капітал, до якого ми могли підключитися та брати гроші на спекуляції.

За одну угоду я максимально заробив близько $2000.

Якщо я отримав $2000, то мій NPM +$2000. З цього я брав якийсь відсоток собі, а решту віддавав компанії.

Ринок трейдингу циклічний: в який момент ти заробляєш більше, у якийсь – менше. Є «сезон звітів» — коли компанії раз на квартал і раз на рік звітують про свої прибутки. Саме цього місяця з’являється багато новин, ринок дуже волатильний. Тобто в якийсь проміжок часу можуть пройти транзакції на $2 млрд, а в інший – на $10 млрд. Це і є волатильність. Тож коли проходить на $10 млрд, кажуть, що ринок більш волатильний, ніж коли проходить на $2 млрд.

Теоретично з трейдингу можна жити, але на практиці це надзвичайно складно.

Трейдинг може стати основним джерелом доходу, якщо ти не будеш помилятися. Але на практиці менше половини відсотка залишаються у цій сфері і тільки один відсоток заробляє великі гроші.

Коли я займався трейдингом, то іншої роботи в мене не було. Я жив з тих грошей, які отримував від угод. Я був студентом з гуртожитку, тож того, що я міг заробити за місяць, мені вистачало на довгий час.

Чому я пішов з трейдингу

Протягом довгого часу я сприймав слова керівників як аксіому. Але коли бачиш, на яких машинах вони приїжджають, як вони показують відео з гвинтокрилів, то починаєш розуміти, що прийшов сюди не просто заробити $200 чи $300 доларів. Ти хочеш більше.

На цьому ринку неможливо заробляти більше, якщо ти не ризикуєш більше. Виходить така «драбина», на якій кожна помилка опускає тебе нижче.

Наприклад, за місяць я заробив $200, а мій ризик був $50. Якщо наступного місяця я хочу заробити $500, то мій ризик має бути $200. Я дійшов до $1000, але якщо хоч раз помилитися, то втратиш все набуте за місяць – фактично, впадеш на декілька сходинок вниз. В мене так сталося разів 5 чи 6.

Це сильно б’є по емоційному стану – ти думаєш, що все класно, аж ось виявляється, що ти з самого початку неправильно розрахував структуру і в результаті втрачаєш багато грошей.

Вчора ти був на висоті, а сьогодні знову починаєш все з початку.

Ти не сильно переймаєшся, якщо це трапляється раз, двічі чи тричі, але якщо це вже вшосте чи всьоме, то починаєш замислюватися над своїми діями. А що ти робиш, а чому не виходить?

Весь час я практично жив цим. Коли почав заробляти гроші, це була ейфорія і шквал емоцій. Але емоції – це проблема, адже через них падіння сприймаються дуже болісно. Це та проблема, яку я бачу та хочу викорінити, якщо в майбутньому знову повернуся у трейдинг.

Або ти робот без емоцій, або йдеш з ринку.

У той час мене могли відрахувати з 4 курсу, треба було писати диплом і я хотів залишитися в Києві. Працюючи в трейдингу я не був певен, що в мене будуть гроші на оренду квартири і я зможу залишитися у столиці. Тому я знайшов стабільну роботу і зараз не займаюся трейдингом. Але це тільки зараз.

Життя після трейдингу та плани на майбутнє

Зараз я працюю у ІТ-компанії і заробляю більше. Проте я постійно ловлю себе на думці, що хочу повернутися в трейдинг, але вже самостійно. Я вже досить добре розумію цю сферу, побачив зі сторони свої помилки і думаю, що міг би їх виправити.

Для особистого трейдингового старту мені вистачило б $50 000, але треба розуміти, як вибудовується структура цього бюджету. Брокери заробляють на комісії, тож їм вигідно, щоб я робив більше транзакцій на більші суми.

В цьому бізнесі є термін — «плечі». Уявімо, що в мене є $5000 і я йду до брокера відкривати свій рахунок. Він пропонує варіанті рахунків: якщо «плечі» будуть 1 до 2, то буде одна комісія, якщо 1 до 5, то інша. 1 до 5 означає, що вони примножують мій капітал, і замість моїх $5000 дають $10 000 або $50 000 на різних умовах.

Тобто, в мене є рахунок на $50 000, а моїх там лише $5000. Якщо я їх втрачаю – це margin call, у мене блокується рахунок. Якщо я потрапив в авантюру і втратив $10 000, то в мене вже -$5000, я винен їх брокеру.

Ще можна заробити на книжках про вдалі схеми трейдингу. Але їх пишуть трейдери, які досить добре заробляли, а потім все втратили. Їх поради не працюють.

Загалом, бути вовком з Уолл-Стріт можна і в Україні. Можливо, в майбутньому я стану саме таким.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Я создал креативное агентство, встретил партнера в KAMA и за первый год не провалил ни один тендер. Почему получилось?

Креативное агентство I am IDEA существует всего год. За это время в их портфолио появились проекты для COMFY, Mini Cooper, Orange Club Outlet и «Жизнелюба» и ни одного проигранного тендера. В колонке для Vector основатель и креативный директор I am IDEA Игорь Финашкин рассказывает, с чего все начиналось, как устроена работа агентства сейчас и как он планирует развивать его дальше.

Креативный директор I am IDEA Игорь Финашкин

Чем я занимался до основания агентства

До 2013 года я работал в маркетинге и креативе, затем улетел на заработки в ОАЭ. В Эмиратах я занимался тем же, кроме этого открыл видеопродакшн и студию звукозаписи вместе с друзьями. Мне все нравилось, но я не собирался оставаться в другой стране надолго. Все чаще спрашивал себя: «А что, если вернуться домой? Чем я смогу быть там полезен?».

Прилетев домой в 2017 году, я обратил внимание на то, как сильно все изменилось. Появилось больше украинских артистов, успешных стартапов, начала развиваться IT-индустрия. Во время этого приезда мы с супругой решили остаться в Украине.

Я не рассматривал вариант работы по найму. Раз я выбрал глобальную миссию — значит нужно было создать что-то свое. Но я не совсем понимал, чем именно хочу заниматься. Кроме этого, я чувствовал, что после 4 лет работы без выходных мне нужен перерыв.

Мой саббатикал закончился в начале 2018 года. За время отдыха я пересмотрел кучу роликов и перечитал много статей украинских специалистов по рекламе. Мой вывод был такой: украинская рекламная индустрия активно развивается. Это именно тот рынок, где я смогу реализовать задуманное. В тот момент реклама казалась мне идеальным коктейлем из творчества, бизнеса, моего желания развивать бренды и возможность делать все это в своей стране.

Кроме того, я всегда хотел улучшить качество контента, который потребляют люди. Хоть в эфире и появлялось все больше крутых решений, шлак и шароварщина никуда не делись. Это стало еще одним толчком к созданию агентства.

Я бы хотел, чтобы реклама стала искусством, а не просто способом продажи трех по цене одного.

С чего начиналось I am IDEA

В самом начале агентство состояло из двух человек: меня и моей жены. Я отвечал за креатив, а она за менеджмент. Я арендовал стол у друга в офисе за 6000 грн, купил тему на WordPress за $75 и сам сделал кое-какой сайт — это был наш стартовый капитал.

Ни рутины, ни бизнес-плана не было. Был только режим свободного плавания в неизвестном направлении без спасательного круга.

Первыми нашими проектами были работы для бизнесов моих друзей. Это были бесплатные кейсы, которые дали агентству рекомендации и портфолио. Затем у нас появились небольшие, но реальные заказы: макет баннера, разработка логотипа, ролики для диджитала. Для работы с первыми клиентами мы привлекали дизайнеров и продакшены на аутсорс.

Через месяц я смог позволить арендовать уже целую комнату и у агентства появился первый реальный сотрудник — дизайнер Макс Бондаренко. Чтобы работать не только над точечным продуктом, но и создавать комплексные решения для клиентов, чуть позже мы взяли в штат стратега.

В это же время у нас появился первый большой международный клиент — Mini Cooper (AВT Бавария Украина). По сути, не компания обратилась к нам, а мы к ней: я просто оказался в нужном месте в нужное время и познакомился с бренд-менеджером Mini. Это было чистое везение.

Как росло агентство

Приблизительно в это же время я увидел рекламу Kyiv Academy of Media Arts. Для меня это был просто разрыв — лекторы из топовых агентств, реальные клиенты, огромная тусовка творческих ребят.

На вступительной вечеринке за стаканом егермейстера я познакомился с моим будущим бизнес-партнером — Арамом Симоняном. Он стал операционным директором.

В КАМА мы работали с реальными проектами реальных клиентов, и это масштабировало агентство.

Например, мы сделали проект для COMFY, а после окончания учебы с нами связались Саша Жиляев и Ярослав Чепурняк (Head of Digital и Head of Content and Creative COMFY — ред.) и предложили выпустить нашу работу в эфир. Это была HR-кампания для привлечения новых сотрудников, которую мы назвали «Ты наш!».

О команде

В первый год мы росли и работали по 14 часов в сутки: днем всей командой работали над проектами, вечером занимались с Арамом документами, договорами, брифами и правками. Сейчас сотрудников стало больше, но с клиентами мы до сих пор работаем самостоятельно.

Сегодня в команде 10 человек: 7 креативов, включая меня, операционный директор и два стратега. Мы ни разу не размещали вакансии на HR-сайтах — искали сотрудников через знакомых или на креативных площадках.

О тендерах

С момента, когда мы решили участвовать в тендерах, мы не проиграли ни один из них.

Наше конкурентное  преимущество — отношение. Мы уделяем больше времени поиску инсайтов, креативной стратегии и всегда играем в игру «внутренний клиент». Ставим себя на место клиента и задаем вопрос: «Что нам это даст? Как это поможет бизнесу стать лучше?».

Мы придерживались правила: делать больше и не боятся предлагать что-то очень странное. Речь не только о самом продукте, это работает даже в оформлении презентаций и самом питче. Клиенты всегда выбирают в первую очередь вас и ваш подход, а потом уже смотрят на то, что вы придумали.

Никто из нас ранее не работал в рекламе. Этим мы и отличаемся: мы не знаем правил и выдумываем свои. Поэтому наш подход часто отличается от остальных.

Есть ряд клиентов, с которыми у нас долгосрочные отношения, а есть и точечные проекты. Если это не тендер, то чаще всего клиенты обращаются по рекомендации.

Все клиенты, с которыми мы работали, находили нас сами или звали участвовать в тендерах.

О планах

В апреле мы отметили один год со дня подписания первого договора с клиентом. За этот год мы поняли, кто наш идеальный клиент, как он относится к своему продукту, бизнесу и сотрудникам, о чем думает и как видит развитие своего бренда. У него есть твердое убеждение зачем, он точно знает как его бренд будет приносить пользу людям. В ближайшее время будем налаживать отношений с такими компаниями.

В планах на ближайшее будущее — зарекомендовать себя на фестивалях и оказаться в рейтинге самых эффективных агентств.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Как ASMR из странных видео для «мозгового оргазма» стал массовым феноменом на YouTube

Раньше покалывание в мозгу могло бы вызвать у вас панику, если вы никогда не ощущали такого ранее. Теперь же люди кайфуют от этого чувства, а ASMR-ролики стал феноменом на YouTube. Публикуем перевод текста The New York Times о том, как это явление стало массовым.

Сначала ASMR называли brain-gasm

Когда Дженнифер Аллен смотрела видео о космосе, она иногда испытывала своеобразное ощущение: покалывание, которое распространялось по ее скальпу, а затем — волной по всей длине позвоночника. Аллен понравилось это чувство, но она не понимала, что может вызывать такие ощущения. Это было совершенно не похоже ни на что из того, что она испытывала раньше. Она 9 лет время от времени пыталась гуглить такие запросы, как «покалывание в голове и позвоночнике» или «мозговой оргазм», но поиск ничего не дал.

В 2009 году ей наконец удалось нагуглить нужную информацию. На этот раз Аллен нашла ссылку на SteadyHealth с заголовком «Странное, но приятное ощущение».

По словам Аллен, в ее жизни было несколько случаев, которые могли бы подсказать, в чем заключается причина. «Это случалось со мной в детстве, когда я смотрела кукольный спектакль. Или когда мне читали рассказы на ночь. Будучи подростком, это ощущение появлялось, когда друг рисовал на моей ладони маркерами».

В дискуссии, которую Аллен нашла в Google, многие люди описывали подобные чувства как мурашки внутри головы или brain-gasm. Все пользователи называли разные причины: кто-то любит наблюдать, как другой человек пишет на бумаге, кого-то будоражил шепот, а кто-то ловил кайф от передачи Боба Росса, где он рисует пейзажи.

Аллен прокручивала страницы форума и ловила себя на мысли, что это и есть ответ на свой вопрос. Все дело было в том, как мозг воспринимал звуки. Некоторые люди на форуме писали, что нужно собрать исследовательскую группу, чтобы лучше понять этот феномен. Другие боялись огласки, потому что не хотели казаться извращенцами.

В феврале 2010 года Аллен решила, что пора сформулировать и описать свои странные ощущения. Название «оргазм головы» не прижилось, и Аллен придумала термин «Автономная сенсорная меридиональная реакция» или ASMR.

«Автономный», потому что это было чувство изнутри; «Сенсорный» — потому что на уровне ощущений. «Меридиональная» означала пик, оргазм и энергетические пути традиционной китайской медицины. Слово «реакция» объясняло, что ASMR — это не постоянное состояние, а проявляется как ответ на ряд звуковых раздражителей, таких как шепот, жевание жвачки и постукивание.

Позже Аллен зарегистрировала «ASMR Group» в Facebook. Пользователи массово мигрировали в группу из форумов, скоро там собрались люди с шести континентов.

ASMR — явление в YouTube

В группе пользователи часто делились ссылками на видео. Особенность этих роликов заключалась в том, что это были не случайные звуки, которые запустили бы механизмы у ASMR-щиков. Это были видео, специально снятые для того, чтобы побудить мурашки. Они дали старт новому жанру, и сегодня эти ролики собирают миллионы просмотров. На первых видео появлялись анонимные женщины, которые за кадром говорили тихим голосом.

Позже Аллен с трудом получила разрешение заполнить страницу в Википедии. Этот шаг еще больше увеличил популярность термина, потому что люди, которые пытались найти объяснение своим ощущениям в Google, в первую очередь натыкались на эту страницу. Описав на Википедии свои чувства, Аллен он не могла предвидеть, что ее термин создаст совершенно новую форму развлечений. Или, возможно, что-то большее.

Сегодня же ASMR практически полностью перебрался в YouTube. По большей части такие видео снимают женщины. В сумме они выпускают около 500 новых видео каждый день. На ASMR-роликах они жуют в микрофон жвачку, разговаривают, листают книги или просто что-то едят.

В современном течении ASMR быстро появляются новые тенденции. Любой звук, от которого у пользователей соцсетей появляются мурашки, молниеносно подхватывают все ASMR-блогеры. Происходит это так: кто-нибудь первым снимает видео, на котором бреет кусок мыла, и уже спустя месяц весь YouTube завален такими же видео разных блоггеров. Поиск новых ощущений движет этим сообществом. Люди плодят и потребляют контент с невероятной скоростью.

Слабая попытка изучить ASMR

Профессор психологии в Университете Шенандоа Крэйг Ричард впервые услышал о термине ASMR в подкасте в 2013 году. Сначала он не обратил внимания на этот феномен, пока не увидел видео, в котором художник Боб Росс рисует свои картины.

После этого Ричард начал искать исследования по ASMR. Он не нашел ни одной научной работы – попадались только сайты и форумы. Среди ссылок професор нашел группу Аллен в Facebook. Связавшись с ней, они решили провести онлайн-опрос, в котором приняли участие 25 000 человек. Позже Ричард открыл ASMR University – онлайн-архив, в котором собраны исследования по этой теме.

Но этих шагов очень мало, чтобы наука смогла полностью понять происхождения этого феномена. Изучение этой темы пока продвигается медленными темпами, а ученым достаточно сложно найти спонсоров, чтобы детально изучать ASMR.

На данный момент в ASMR University провели только десять исследований. Для некоторых экспериментов ученые делали функциональную МРТ мозга. Так они пытались определить активность кровотока в мозге во время этих покалывающих ощущений. Результаты показали, что ASMR может быть связана с «аффилиативным поведением» — оно выделяет гормон окситоцин, который помогает нам чувствовать удовлетворение, доверие и спокойствие.

По мнению профессора, с точки зрения эволюционной биологии феномен ASMR предназначен для размножения и выживания. По его словам, звуки шепота или расчесывания волос напоминают поведение, когда взрослые успокаивают детей. Но если ASMR играет ключевую роль в выживании, почему лишь некоторые люди его испытывают? И почему об этом заговорили только 10 лет назад?

Есть ли в этих роликах сексуальность?

Самое первое видео, созданное в жанре ASMR, называется «Whisper 1 — hello!». Когда это видео опубликовали в первой существующей группе ASMR на Facebook, Гиби, одна из ведущих ASMR-щиц на YouTube, еще училась в школе. В подростковом возрасте у Гиби, как и многих тинейджеров, были проблемы со сном. Иногда она смотрела YouTube, чтобы расслабиться и уснуть. С этого все и началось.

Гиби начинала свой канал с видео о макияже. В 2016 девушка увлеклась съемкой ASMR-роликов, и сегодня на нее подписаны 1,8 млн человек.

«Если человек засыпает под мои видео – это комплимент», – говорит Гиби.

В комментариях зрители Гиби хвалят ее голос и рассказывают о том, как видео помогло им облегчить бессонницу и стресс. Но некоторых ее нежный тон вводит в заблуждение.

Зрители ASMR-блогов часто оказываются крайне странными. Например, по словам Гиби, один из ее фанатов считал, что девушка разговаривала через экран с ним напрямую. Он беспрерывно слал ей сообщения, и она обратилась в полицию. С Гиби бывало, что ее поклонники копались в ее прошлом и находили ее старые фотографии со школы. Такие вещи – обычное явление для молодых девушек, снимающих ASMR-видео. А если фанат встречает ее возле дома, она притворяется, что приехала сюда отдыхать.

Гиби не говорит никому свою фамилию, не рассказывает о своих отношениях и даже о городе, в котором живет — так она пытается сохранить свою личную жизнь.

Проблема ASMR-блогеров в том, что этот жанр обречен на то, чтобы казаться сексуальным – а каким еще можно назвать видео, где девушка шепчет в микрофон, чтобы вызвать у зрителей покалывание в мозге?

ASMR — это что-то среднее между подкастами и порно. Но все это выходит за пределы простой похоти.

Кроме этого, подозрение вызывает и тот факт, что ASMR-ролики чаще снимают девушки. Но этому можно найти объяснение: на протяжении миллионов лет женщины растили и ухаживали за детьми, поэтому неудивительно, что наш мозг успокаивается, когда слышит женский голос.

Нормальное ли это явление? Здоров ли человек, который увлекается ASMR? Пока никто не знает. Да и какая разница, если вам это приносит удовольствие.

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Зачем стартапу ехать на TNW Conference и можно ли там найти деньги? Опыт украино-корейского стартапа andcards

CEO украино-корейского стартапа andcards Игорь Джебян побывал на TNW Conference 2019 — одном из крупнейших европейских мероприятий для инвесторов, стартапов и венчурных фондов. Andcards создают мобильное приложение для участников коворкингов. В приложении можно посмотреть, кто работает с тобой в одном помещении, зарезервировать переговорку, посмотреть анонс событий или просто пообщаться.

Игорь рассказывает читателям Vector о своих впечатлениях, подготовке команды к участию и особенностях питчей.

Команда andcards: СЕО Игорь Джебян и Revenue Manager Андрей Гончар

Что такое TNW Conference

Одна из крупнейших европейских конференций для стартапов, предпринимателей, гиков и венчурных инвесторов, которая проходит в Амстердаме каждый год. Мероприятие сочетает в себе выставку стартапов, конференции, питчинг-сессии и масштабный нетворкинг.

В этом году на TNW собралось:

  • 17 000 участников;
  • больше 1000 венчурных фондов;
  • больше 7000 компаний;
  • 250 стартапов из 150 городов со всего мира.

Среди участников TNW были и команды, полностью или частично созданные выходцами из Украины: andcards, Stripo.email, WeAR, WeavAir, uTrigg, IntelSoft. Кроме стартапов, конференцию посетили и представители крупных украинских ІТ-компаний, таких как MacPaw и Docsify.

Как стать участником TNW Conference

Для участия в конференции-выставке, билеты на которую продаются на год вперед, стартапу нужно подать заявку на программу TNW Ignite.

Для TNW Ignite со всего мира отбирают 50 стартапов по ряду направлений. К приоритетным сферам относятся: Sustainability, Health&Wellness, Smart Cities, FinTech, Enterprise Software, маркетплейсы и ритейл, работа с кадрами, решения для агробизнеса и ряд других. 50 победителей отбора могут презентовать свои решения в рамках конференции, получить выставочное место и билет для участия, встретиться в формате «1-on-1» с инвесторами и корпорациями, а также посетить сайд-ивенты.

Стартап, заявленный как участник, получает свой booth — это место для того, чтобы презентовать свой продукт или сервис и общаться с гостями стенда. Для встреч с бизнес-ангелами и представителями венчурных фондов предусмотрена отдельная зона — Dome.

Чтобы договориться о встрече, можно воспользоваться специальным сервисом Matchmaking. Каждый член команды может разослать до 10 запросов на встречу, а фонды подтверждают или отклоняют заявки.

Как выглядит booth

Как готовиться к конференции

Поскольку участников очень много, а времени у посетителей и гостей выставки не очень, вам понадобится максимум маркетинговых инструментов, чтобы рассказать о себе и показать свой продукт «лицом» к потенциальному пользователю или инвестору.

Минимальный набор стартапа для участия в TNW Conference выглядит так:

  • Основная презентация (pitch deck) для встреч с инвесторами и инвестиционными фондами;
  • Раздаточный материал: брошюры, листовки, буклеты, стикеры;
  • Ноутбук и планшеты с версиями вашего продукта. Вы будете использовать их, чтобы продемонстрировать возможности своего сервиса гостям мероприятия.
  • Визитки. Как ни странно, но даже на цифровых конференциях вам понадобятся бумажные визитки. Если забыли их — не расстраивайтесь. Через приложение TNW можно отсканировать QR-код на бейджике и сохранить контакт в приложении.
Команда andcards

Особое внимание стоит обратить на подготовку pitch deck — это презентация для выступлений. Ее можно использовать как в рамках Demo Day (на который также можно подать заявку), так и при общении с инвесторами в ходе питчинговых сессий. Каждая такая сессия длится не дольше 20 минут. Вот что стоит в нее включить:

1. Ключевые показатели вашей сферы деятельности — объем рынка, реальный спрос, любые цифры и факты, которые доказывают, что на вашем продукте можно зарабатывать деньги, и в это есть смысл инвестировать.

2. «Боль», которую решает ваш продукт. Будьте максимально конкретными и наглядно демонстрируйте, что именно и как вы решаете. Акцентируйте на цифрах, показателях «до-после»: как потребитель ведет себя без использования вашего продукта и с ним.

3. Сравнение с конкурентами. Ничего страшного, если по каким-то параметрам ваш продукт аналогичен существующим решениям: акцентируйте внимание на тех опциях, которые у конкурентов представлены недостаточно, стоят дороже или предоставляются только в определенных тарифах.

4. Рынки, на которых вы уже работаете, и те, на которые планируете выйти к концу года — инвестор должен сопоставить ваши текущие возможности и планы, ваш прогноз по рынку и то, насколько реалистично вы оцениваете ситуацию.

5. The Ask — в последнем слайде напишите, чем конкретно инвестор может помочь вашему бизнесу, куда пойдут деньги, какой срок отведен для этапов фандрейзинга.

Для pitch deck есть шаблон, который предоставляют организаторы конференции. Его можно использовать в качестве ориентира. Если вы подались на выступление в ходе Demo Day, не забудьте также подкорректировать свои тезисы и слайды после консультации с организаторами: они дают полезные советы по структуре презентации и ключевым моментам, которые в ней нужно показать, чтобы заинтересовать инвесторов и партнеров.

Как работает TNW Matchmaking — «дейтинг» для стартапов

На сайте конференции после регистрации по билету для стартапов и команд есть раздел, позволяющий отправить приглашения на встречу с представителями фондов или бизнес-ангелами. Все инвесторы и фонды ранжируются, и в профиле каждого можно посмотреть активность венчурных капиталистов за предыдущие 12 месяцев, освещение деятельности в СМИ (если она есть) и средний объем сделок и вложений в проекты за год, а также некоторые другие данные об инвесторе.

Важно помнить:

  • У вас только 10 возможностей отправить приглашение инвесторам — относитесь к выбору потенциальных собеседников взвешенно.
  • Посвятите время тому, чтобы максимально привлекательно и лаконично заполнить профиль своей компании, особенно раздел фандрейзинга. Даже если вы не фокусируетесь на поднятии инвестиций в данный момент, это позволит инвестору оценить этап развития компании и заинтересовать достаточно, чтобы получить приглашение в акселератор.
  • Не огорчайтесь, если вам не ответили половина из тех, кому вы отправляли инвайты.
  • Оперативно реагируйте на входящие запросы о встрече: инвесторы также могут отправлять запросы на встречу с командой стартапа, так что регулярно проверяйте почту.
  • Не забывайте пользоваться возможностями сервиса Index, на основе которого сделан TNW Matchmaking: здесь можно «прошерстить» рынок на предмет фондов-аналогов, конкурирующих проектов.

Кроме Matchmaking, есть также приложение для смартфонов от TNW, через которое можно не только просматривать профили всех посетителей конференции, но и писать им личные сообщения. Например, у представителей Google или Amazon не было отдельного стенда или профиля в Matchmaking, однако им можно было написать личное сообщение в приложении и пригласить на встречу к стенду стартапа.

Что учитывать при общении с венчурными инвесторами на TNW

Наш стартап изначально начинал развиваться на рынке Южной Кореи, там очень много любви к церемониям и иерархиям. Условный «сейлз» для общения с CEO или другим топ-менеджером фонда там не подойдет: корейцы принимают решения только на уровне руководителей. В Европе все с точностью до наоборот: в ходе конференции можно отправить запрос от любого участника команды, и получить подтверждение встречи без проблем — если ваш продукт интересен и грамотно представлен в плане сильных сторон и возможностей для инвестора.

На питчах у вас есть максимум 20 минут на всё про всё — включая ответы на вопросы. «Продавать» не надо, старайтесь объяснить обычными словами, в чем польза вашего проекта и какие конкретно выгоды для пользователей и для самого инвестора — а главное, зачем вы в этом проекте, если инвестор примет решение вложить свои деньги в ваш продукт.

«Модные» и слишком специфичные термины (их тут называют buzzwords) в этой тусовке не очень любят: зачастую инвесторы общаются с меньшим уровнем пафоса и показушности, чем некоторые участники.

Экспо-зона для стартапов

Чего не стоит ожидать для вашего проекта от участия в TNW Conference

Моментальных инвестиций — даже если вам удастся привлечь к сделке крупного игрока, капиталовложения скорее всего растянутся по времени до конца текущего года.

Больших сделок — деньги любят тишину, и в данном случае тоже: достигнутые договоренности зачастую могут означать менторство, участие в инкубационных программах или содействие в нетворкинге, но совсем необязательно конвертируются во внушительные чеки. На TNW Conference едут в основном за возможностями нетворкинга, попадания в инкубационные программы и заключения партнерств, гораздо реже — за прямыми денежными выходами.

Продажи услуг — TNW Conference не про продажи своих сервисов, а про возможность заявить о себе. Вообще не фокусируйтесь на продажах в разговоре с инвесторами и партнерами: ваша задача и не столько рассказать о том, насколько вы классные, как узнать, какие «болевые точки» есть у них и показать, как ваш продукт может эти «боли» излечить.

Избыточного внимания к себе — возможно, о вас напишут несколько различных онлайн-СМИ, но розовая мечта стартаперов о том, что вокруг вас будут толпиться с диктофонами журналисты — это лишь мечта, а в реальности до такого уровня ажиотажа вокруг вашего стартапа еще работать и работать.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Чому деякі вигадують цікавіші ідеї та як не вигорати на роботі? Відповідають психолог та генетикиня

Чи можна хакнути свою креативність? На першій дискусії Science&Wine генетикиня Оксана Півень та психолог Ілля Ягіяєв пояснили, як пов’язані креативність та генетика, чому серед митців багато людей з психічними розладами і як врятуватися від вигорання на роботі. Ми записали найголовніше.

Ілля Ягіяєв та Оксана Півень. Фото: INSCIENCE

Чи існує ген креативності

Креативність — надзвичайно складний вид когнітивної діяльності людини, до якого залучено понад 700 генів, які кодують білки нейронів. «Єдиного гену креативності не існує, але історія знає багато прикладів творчих родин. Взяти хоча б Моцарта: визнаним у всьому світі генієм став саме Вольфганг, але його батько та сестра були не менш обдарованими», — розповідає Оксана Півень.

Креативність можна прослідкувати на рівні ДНК. У 2013 році вчені Гельсінського університету провели експеримент щодо музичних здібностей. Вони запропонували 172 учасникам, які не були родичами, пройти кілька музичних тестів, а потім провели генетичний аналіз.

У найбільш креативних учасників виявили подвоєння гену галактозмутаротази (GALM), який вивільняє серотонін. У тих, хто впорався із завданнями найгірше, знайшли пошкодження групи генів у 5 хромосомі (5q31.1), яка бере участь в створенні нейронних зв’язків.

Між геніальністю та божевіллям

Шведські вчені виявили, що люди з шизофренією та біполярним розладом, а також їхні здорові брати і сестри частіше обирають творчі професії. Зв’язок між креативністю і психічними розладами має генетичне підґрунтя. Наприклад, ген DRD2 виконує дві різні функції: покращує вербальну креативність і водночас спричиняє неврастенію. Схожа ситуація і з геном KATNAL2: він допомагає знаходити оригінальні рішення і часто зустрічається при аутизмі.

Професорка Гарвардського університету Шелі Карсон теж виявила залежність між креативністю та психопатологіями.

Чи можна змусити людину креативити

«Креативність не можна розглядати у відриві від мотивації», — каже Ілля Ягіяєв. Існує два основних її види: зовнішня (уникнення покарання, винагорода, соціальне схвалення) і внутрішня (діяльність сама по собі є цінною і приносить задоволення).

«Якщо потрібно копати «звідси і до обіду» — зовнішня мотивація спрацює краще. Вона ефективна для монотонної, некреативної роботи, де головне — кількість. Для творчих завдань більше підійде внутрішня мотивація», — пояснює психолог.

Щоб підтримувати внутрішню мотивацію, потрібно задовольнити три базові психологічні потреби: в автономії, компетентності та зв’язаності.

Автономія включає:

  • розуміння з боку керівництва та колег;
  • чітку постановку задач та самостійне їх виконання;
  • підтримку ініціативи;
  • чіткий та оперативний фідбек;
  • окреслені дедлайни, в межах яких є свобода дій.

Компетентність включає:

  • відчуття власної майстерності;
  • фідбек з метою допомогти, а не проконтролювати;
  • оцінку роботи людини, а не її особистості.

Зв’язаність включає:

  • повагу до особистості;
  • відчуття власної цінності та значущості;
  • турботу та підтримку;
  • емоційне тепло, довіру та включення.

Що таке вигорання

Вигорання означає амотивацію — відсутність як зовнішніх, так і внутрішніх стимулів працювати. При вигоранні людина втрачає емоційний та смисловий зв’язок зі своєю діяльністю, перестає бачити в ній сенс.

«Фактично вигорання — це депресія стосовно роботи. Спершу людина починає виконувати її механічно, формально. Їй доручили завдання, вона його виконала і все, на цьому — крапка. Людина дедалі частіше відчуває втому і навіть огиду стосовно своєї роботи. Ні про яку креативність чи оригінальні способи розв’язання проблем при вигоранні йтися не може», — пояснює Ілля.

Біологічні маркери вигорання

Вигорання проявляється не лише на психологічному, а й на фізіологічному рівні. Люди, які страждають на вигорання, мають вищий рівень глікованого гемоглобіну, глюкози, С-реактивного білка, лейкоцитів, нейтрофілів, моноцитів і загального холестерину в крові, а також відчувають брак вітаміну D. Це збільшує ризик появи метаболічного синдрому, серцево-судинних захворювань та діабету.

Як подолати вигорання

Щоб «вилікувати» вигорання, психолог радить:

  1. Взяти паузу і відновити фізіологічне здоров’я.
  2. Відновити емоційний зв’язок зі своєю діяльністю, віднайти у ній сенс.

Вигорання завжди означає втому, але втома не завжди означає вигорання, зауважує Ілля. Якщо після відпочинку вам знову хочеться повернутися до роботи — це була просто втома. Якщо перерва не допомогла і бажання працювати все ще немає — це вигорання.

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

«Мы создаем свою NBA в киберспорте». Интервью Павла Педенко и Олега Крота, CEO WePlay!

Основатели WePlay! называют свою компанию продуктовой, но она значительно отличается от типичного IT-бизнеса. Помимо IT-разработок в WePlay! занимаются организацией киберспортивных мероприятий и трансляций, продакшеном, развитием собственного гейминогового медиа, а также производством мерчандайзинга. За год их штат вырос с пары десятков человек до 207, а совсем недавно WePlay! открыли свое представительство в США.

Чтобы узнать, за счет чего компания выросла так быстро и откуда деньги в киберспорте, главный редактор продуктовой недели на Vector Павел Педенко провел интервью с сооснователем и CEO WePlay! Олегом Кротом.

Олег Крот. Фото: Никита Гончарук

Я виделся с тобой пару лет назад, и тогда WePlay! был совершенно другого масштаба. Расскажи, что из себя представляет компания сейчас?

Мы — киберспортивный оператор, который превращается в медийную компанию. В чем разница: оператору платит за организацию ивентов спонсор. За эти средства он арендует зал, выбирает формат турнира, приглашает команды и организовывает ивент с трансляцией, как правило, на Twitch.

Проблема такого подхода в том, что в итоге ты строишь не самостоятельную компанию, а зависишь от крупных брендов и работаешь как подрядчик. Если основной проект канет в лету, то ты тоже можешь пойти на дно.

Мы хотим сделать компанию, которая будет генерировать свой продукт и делать основной упор на продажу слотов, медиа прав, выстраивать свою экосистему. И главное — делать это на западных рынках.

На украинском и даже СНГ-шном рынках рекламных бюджетов особо нет, большинство спонсоров — беттинговые компании. Ты делаешь чемпионат, бюджет которого на половину закрывают беттинговые компании — и на этом все.

Наша основная идея — построить глобальный продукт, где основной доход приходит от медийных прав и слотов. Мы организовываем свой NBA или NHL в киберспорте.

Вы в первую очередь медийная компания? Сайт, платформа — это придаток?

Может ли компания, которая строит медийку в киберспорте, не быть технологической компанией? Если ты турнирный оператор — да. Если ты медийная компания, то у тебя нет программного обеспечения или каких-то компонентов, которые ты можешь взять с ТВ. Ты можешь арендовать камеры, операторов, набор персонала, который будет выполнять схожие с телевидением роли.

Но если ты создаешь свою лигу, то тебе нужна своя платформа, ведь ее отсутствие остановит тебя в развитии. Без хорошей титровалки (система, которая выводит информацию на экран поверх трансляции — ред.) нельзя делать хорошие репортажи. Без хорошей группы разработчиков невозможно применить AR-технологии.

Давай вернемся назад. С чего вы начинали?

Мы с Юрой (Юрий Лазебников, сооснователь WePlay! — ред.) в киберспорте с 2004 года. Тогда это было хобби, и как только оно стало отнимать слишком много времени, мы отодвинули его на второй план. Полноценно вернуться в киберспорт получилось только в 2012 году.

Все это время мы занимались разработкой ПО, строительством дата-центров. На этом мы зарабатывали деньги, пока киберспорт был отдушиной. Этот опыт позволил надеяться, что мы сделаем из WePlay! не очередного турнирного оператора, а компанию, которая будет, с одной стороны, делать свои лиги и медийку, с другой — сможет технологически потянуть все эти задачи.

Абсолютное большинство киберспортивных компаний в мире хорошо организовывают выставки и добирают компетенций из телевизора. Мы хотели по-другому.

Я читал, что недавно вы провели четвертый перезапуск компании. Расскажи об этих перезапусках.

В 2004 году мы хотели развивать киберспортивные чемпионаты, чтобы наше микрокомьюнити собиралось вместе и проводило фестивали. Тогда в Киеве недалеко от станции метро «Харьковская» открыли клуб на 256 компьютеров. На то время он был самым большим в Восточной Европе. Я познакомился с владельцем и предложил проводить там ивенты. Они быстро стали популярными и из ночных соревнований на 20-30 человек превратились в чемпионаты, на которые приезжали люди из России, Казахстана, Польши. За два-три года это стало серией турниров, известной на все СНГ.

Буквально через два года мы запустили сеть своих компьютерных клубов. Изначально для их продвижения использовали такие же турниры. Все началось с одного клуба на Троещине. На тот момент это был прибыльный бизнес, который мы развивали на свои деньги. Эта сеть из четырех клубов существует до сих пор и приносит прибыль. Мы вышли из управления, но эти клубы все еще принадлежат нам.

В то же время появился сайт weplay.in.ua. Название я придумал сам: поскольку мы все делали в Украине, то и проект я решил назвать We Play in Ua. Как только деятельность компании вышла за рамки Украины, мы переехали на сайт weplay.tv.

Второй период длился с 2007 по 2012 год. Тогда мы всячески поддерживали рост команды, пробовали организовывать турниры. За это время мы создали много форматов турниров, вся эта работа привела нас туда, где мы находимся сейчас.

Так продолжалось до 2012 года. Тогда мне позвонили из Logitech с предложением продолжить сотрудничество, которое началось еще в 2006 году. Logitech долгое время не обращал внимание на рынок гейминга, из-за чего проиграл битву Razor и SteelSeries. Тогда мы сформировали программу и провели ивенты по WoT и Dota 2.

Третий этап начался, когда от формата поддержки своих клубов мы пришли к первому крупному заказу с хорошим бюджетом, который позволил нам нанять в 2-3 раза больше специалистов. Тогда мы начали делать трансляции и формировать студии.

Именно в этот период нам пришлось серьезно заняться разработкой. Тогда уже появился Twitch, мы хотели делать онлайн-турниры, стали строить WePlay! и нанимать людей на зарплаты. Эта работа привела к LAN-финалу по Dota 2 в киевском МВЦ. Мы арендовали два павильона площадью в 20 000 кв.м. и вместимостью в 5000 человек. Киберспортивных мероприятий такого масштаба в Киеве еще не проводили.

После этого начался четвертый этап компании. После того LAN-финала у нас был шанс заполучить в спонсоры Kingston. Им очень понравился наш турнир, но оказалось, что нашим регионом занимается их филиал, и бюджеты там значительно меньше международных. Тогда мы поняли, что нам нужно ориентироваться на западный рынок и строить международную компанию.

Все это время вы развивали проект на свои деньги?

Да, киберспорт долгое время не был нашим основным бизнесом. В данный момент у нас с Юрой есть десять компаний, которые генерируют хороший доход. В основном это аутсорсинговые компании по разработке ПО, но есть и другие направления.

Например, в нашем портфолио есть производство мягких игрушек. Очень успешный бизнес, кстати, приносит хорошие деньги.

Сейчас у вас работает 207 человек. При самых скромных оценках в $1000 на человека, это $2,5 млн в год только на зарплаты. Где вы в итоге нашли деньги на проект?

Мы долго искали инвестора в СНГ, получали предложения, но заканчивалось это тем, что непрофильный инвестор хотел «взять нас на работу». Я бы в принципе разделил всех инвесторов на три группы:

1. Люди, которые сделали деньги в 1990-х, и хотят взять тебя на работу.
2. Семейные фонды, в основном непубличные.
3. Фонды с модной вывеской.

Мы искали несколько миллионов долларов, и к тому моменту уже вложили в проект около $1 млн своих денег. Это было очень сложно. Были моменты, когда мы говорили: «Блин, может возьмем уже у этих? Ну и что, что они хотят больше 50% компании, зато люди вроде нормальные».

В итоге в конце 2017 года мы нашли деньги на нормальных условиях у не особо публичного family-офиса JKR Holdings, при этом сохранив за собой мажоритарную долю. Теперь мы ищем инвесторов в США, причем на первом месте для нас не деньги, а развитие на американском рынке. Мы ищем фонд, который поможет нам там закрепиться.

Что было самое сложное в поиске денег?

Мне кажется, инвесторы чувствуют, когда тебе действительно очень нужны деньги. Мы получили инвестиции только тогда, когда в наших основных бизнесах дела пошли в гору и нам стало полегче.

Это было одной из причин, почему некоторые инвесторы нас не рассматривали. Они считали, что мы расфокусированы на несколько проектов одновременно, хотя в каждом из наших бизнесов давно есть отдельный менеджмент.

Вспомни самый черный день в истории WePlay!

Это было в 2016 на том же LAN-турнире. Мы собрали МВЦ и впервые решили использовать зеленку для монтажа трансляции. Чтобы не вдаваться в технические подробности — нормально система так и не заработала.

Это был день, к которому мы готовились несколько месяцев — и случилась такая лажа. В итоге мы так и не смогли решить проблему с зеленкой, на второй день финала сделали физическую декорацию и остаток трансляции использовали ее.

За год вы выросли больше чем на 100 человек. Как вы нанимали первого продакта?

Наш первый продакт-менеджер, Женя, с нами уже десять лет. Он начинал барменом в одном из наших компьютерных клубов.

Нам важны профессиональные качества сотрудника, но главное, чтобы мы могли ему доверять. Несмотря на то, что нас уже больше двухсот, я до сих пор сам собеседую большинство людей на ключевые позиции.

Какие у вас планы дальше?

Мы только открыли представительство в США, и сейчас главная задача — закрепиться на этом рынке. Мы хотим сделать там продакшн того же уровня, как и здесь, нанять в штат англоязычных комментаторов, делать свои турниры и бороться за организацию мейджоров и майноров. Мы уже общаемся с Valve по этому вопросу.

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Стать McDonald’s в мире такси: Даниил Ваховский о ребрендинге Uklon и маркетинговой войне с Uber

Сервис такси Uklon появился в 2010 году — тогда в Украине об Uber еще никто не знал. Первый год был для них фантастическим: каждый месяц компания росла на 400%. Через 6 лет на спокойный украинский рынок ворвался популярный во всем мире Uber. Казалось бы, Uklon оставалось только смириться, но они решили так просто не сдаваться. Какой выход нашла компания, маркетинговый директор Uklon Даниил Ваховский рассказал на конференции Growth Marketing Stage.

Даниил Ваховский

Uklon быстро развивался на протяжении 6 лет. Все было хорошо до того момента, пока в Украине не появился Uber. В день запуска Uber Uklon начал получать низкие оценки в App Store и Google Play. Люди, которые вчера любили наш сервис, сегодня ставили единицы и просили удалить приложение из магазина.

Мы начали искать причину: возможно, у конкурентов просто продукт лучше? Мы создали таблицу, в которой прописали все плюсы и минусы, но существенных недостатков так и не обнаружили. Мы пытались найти проблему и в качестве сервиса. У обеих компаний есть служба поддержки и вежливые водители, плюс, у Uklon есть страхование.

Если все хорошо, тогда почему люди ненавидели Uklon? Причина в бренде. А бренд — это в первую очередь восприятие.

Мы решили изучить вопрос, начав с классических маркетинговых метрик. Так мы узнали, что узнаваемость международного Uber — 70%, а Uklon — всего 56%, хотя мы уже 6 лет на рынке. Более узнаваемый бренд приходит вам на ум первым. Например, если вы думаете о гамбургере — сразу вспоминаете McDonald’s.

Uber выигрывал благодаря своему размеру. Большее крупный бренд привлекает больше пользователей, может их удерживать, заставляет возвращаться и формирует привычки.

Мы поняли, что единственный выход — ребрендинг. Это не столько о дизайне, сколько о том, как воспринимают вашу компанию клиенты.

Мы начали ребрендинг с анализа: изучили не только процент клиентов, которые готовы рекомендовать наш сервис другим, но и то, что именно заставляет их это делать. Чаще всего пользователи позитивно отзывались о качестве нашего приложения и самих поездок. На третьем месте — цена.

Такие техники вовлечения как промокоды работают, но главный инструмент рекомендаций — советы друзей, когда мы спрашиваем об их опыте.

Исходя из этого мы разработали стратегию:

  • улучшить качество поездок (в этом нам помог более тщательный отбор водителей);
  • полностью перестроить приложение;
  • создать новую методологию ценообразования (можно доплатить и получить машину быстрее или заплатить меньше и немного подождать).

В 2018 году мы начали работать над узнаваемостью: забрендировали свои машины, общественный транспорт, использовали рекламу в кинотеатрах и YouTube. Визуальность важна: человек запомнит бренд, если будет видеть его логотип трижды в день.

И тогда началась настоящая битва. Мы перестроили процессы и прокоммуницировали с нашими клиентами. Показатели Uber росли уже не так быстро — у пользователей были завышенные ожидания от сервиса, поэтому их метрики пострадали. За два года наша узнаваемость выросла до уровня конкурента.

Выводы

  • Узнайте, что думают о вас клиенты, используя традиционные маркетинговые метрики.
  • Определите, что нужно изменить. Может быть, пользователи вообще не знают о вас. Или знают, но ненавидят.
  • Меняйтесь, но помните: в попытках привлечь новых пользователей вы можете потерять существующих. Среди ваших клиентов есть консерваторы, которые привыкли к старому бренду.
  • Ваша цель — стать брендом, который будет приходить на ум первым, когда речь заходит о категории товаров или услуг, в которой вы работаете.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях
Истории

Хакнути NASDAQ. Уривок з книги «Тотальна автоматизація»

Щоб успішно торгувати на біржі, необов’язково бути досвідченим трейдером. Достатньо бути хорошим програмістом. Це доводить приклад Томаса Пітерфая, який завдяки алгоритмам став одним із найбагатших людей Америки.

З чого починалася ця історія, технічний журналіст Крістофер Стайнер розповідає у своїй книзі «Тотальна автоматизація». Ми публікуємо уривок з неї, а повну версію можна придбати на сайті видавництва «Наш формат».

Одного дня на початку 1987 року чоловік, який був працівником фондової біржі Nasdaq — назвімо його Джонсом, — увійшов у фойє Всесвітнього центру торгівлі. Відшукавши вхід у ліфт, що піднімався на потрібний йому поверх, він натиснув кнопку «Вгору».

За встановленою практикою, йому належало відвідати одного зі споживачів послуг Nasdaq із тих, у кого були найстрімкіші темпи зростання. Джонс знав, що там побачить, — адже на Волл-стрит одна команда, яка здійснює обмінні операції з акціями, виглядає так само, як і наступна: групка облич білих чоловіків — випускників університетів Ліги плюща, перейнятих жадобою збагачення. Отож — нічого цікавого.

Ідучи коридором до вхідних дверей офіса, він внутрішньо налаштовувався на тестостерон і шалену метушню, панування яких мав побачити там — адже біржовий торговельний зал не є чимось принципово відмінним від телестудії, де під час ігрового шоу людину запроторюють до скляної коробки, повної шелестких, здатних довести до божевілля банкнот; різниця хіба лише в тому, що у випадку біржового залу деякі з тамтешніх магічних папірчиків є акціями-лузерами з низхідним курсом. І меткі гравці на біржі, не сповільнюючи шаленого темпу, здатні враз уловити, у яких папірчиків курс зростає, а в яких — спадає.

Секретарка привіталася з ним і вийшла до сусідньої кімнати, аби покликати потрібного співрозмовника. Повернулася вона в супроводі невисокого жвавого чоловіка з копицею волосся на голові, до якого вже бралася сивина. Блакитні очі Томаса Пітерфая тепло привіталися до Джонса. Пітерфай говорив з акцентом.

Джонсові не дано було знати, що згодом Пітерфай перетвориться на людину зі статками на 5 мільярдів доларів. Тобто — на одного з найбільших багатіїв Америки. А зараз перед ним був лише один із початківців, який прорвався на Волл-стрит. Однак обсяги торговельних операцій у цього новачка стрімко зростали, так само зростали й прибутки.

Джонса завжди цікавило: як люди на кшталт Пітерфая знаходять способи так регулярно випереджати ринок? Наймаючи найкмітливіших? Маючи якнайкращий відділ досліджень? Ідучи на гігантські ризики й виявляючись щасливцем?

Не знав Джонс і того, що ніяким біржовим комерсантом Пітерфай не був. А був він комп’ютерним програмістом і торгівлю вів, керуючись не виразами облич на місці торгів і не технічними індикаторами, не ловлячи моменти, коли, на його думку, акціями рухає економічна кон’юнктура. Натомість він писав програму, де тисячі рядків мовами програмування (Fortran, C, LISP) дозволяли виробляти алгоритми, що перетворювали його торговельні операції на одні з найкращих на Волл-cтрит (хоча за обсягом великими вони ще не були). На фондовому ринку цей чоловік був ватажком нового покоління.

Пітерфай показував свій операційний майданчик, і Джонса охоплювало дедалі більше сум’яття. Що більше він бачив (хоча особливо й дивитися не було на що), то більш розгубленим ставав. Він сподівався побачити приміщення, cповнене ажіотажу: валують телефони, скрекотять принтери, а брокери голосно перегукуються, вводячи свої накази купувати й продавати в термінали Nasdaq.

Та нічого подібного Джонс не спостерігав. Термінал Nasdaq тут був лише один. Між тим обсяги Пітерфаєвих операцій йому, Джонсові, були відомі, і обсяги ці були немалі. Тож як таке могло бути? Хто ж виконував усі оті біржові операції?

«А де все решта? — суворо допитувався Джонс. — Де ваші брокери?».

«Та ось же. Геть усе — ось тут, — відказував Пітерфай, показуючи на комп’ютер IBM, що скромненько тулився біля єдиного на все приміщення термінала Nasdaq. — Ми все робимо звідси». За допомогою жмутика проводів термінал був з’єднаний з комп’ютером, а в ньому містилася програма, що давала команди: чим торгувати, коли й за скільки. Хоча працівник Nasdaq Джонс цього не розумів, але перед ним була перша у світі цілковито автоматизована алгоритмічна система торгів.

Пітерфаїв пристрій не просто пропонував, чим торгувати, як це робили інші системи й до нього. Він не просто видавав на гора пропозиції про торги, які пізніше могли вчинити люди. Цей комп’ютер, тихцем уламавшись у торговельний термінал, сам ухвалював усі рішення й здійснював усі торговельні операції. У людині потреби не було. А от торговельні партнери у нього, усі їх 100 відсотків, були людьми — і щоразу вони лишалися позаду.

Завдяки потоку даних, що надходили від термінала Nasdaq після його зламу, комп’ютерна програма Пітерфая була спроможна проаналізувати ринок і виконати біржові операції продажу (бід) і купівлі (аск), які з легкістю дозволяли скористатися різницею між цінами, за якою купували більшість покупців, і тією, за якою продавали продавці.

Для Пітерфая такі торги були позбавлені ризику й поготів, бо для їхнього ведення він використовував машини. Однією з головних небезпек для тогочасних маркет-мейкерів, які весь час мали підтримувати ціни на купівлю чи продаж біржових паперів, було лишити чинними старі котирування після зміни ситуації на ринку.

Між тим більшість цих людей у своїх діях могли бути не стрімкішими за їхніх брокерів, які мали побачити нові ціни на комп’ютерному екрані, засвоїти цю інформацію, ухвалити рішення, у який спосіб змінити власні ціни, а після того скасувати попередні накази і ввести нові ціни через клавіатуру Nasdaq. І відстати від ринку на пару кроків такий брокер міг лише тому, що, приміром, зайвий раз відкусив шматочок від свого бутерброда з тунцем чи перекинувся слівцем з колегою. А от комп’ютер Пітерфая на обід не відволікався. Він крок у крок повторював усі зигзаги ринку, величезною мірою послаблюючи ринкові ризики для свого господаря — до чого людські істоти були попросту не здатні.

Пітерфаєва діяльність знаменувала собою настання нової ери на Волл-cтрит — програмісти, інженери й математики розпочинали вторгнення, що триватиме два десятиліття і внаслідок якого програми-алгоритми та автомати, часами вкрай складні і майже здатні мислити, позбавлять людину ролі домінантного чинника на наших фінансових ринках.

…Джонс стояв просто остовпілий. Там, де Пітерфай вбачав інновацію, він помічав когось, хто порушує правила, застосовуючи самопальний термінал.

«Так робити не можна», — промовив Джонс…

…Фондова біржа Nasdaq торговельного залу не мала — усі її торги відбувалися по телефону або через її комп’ютерну мережу, що приймала накази користувачів, коли ті набирали їх на клавіатурі закріпленого за ними термінала Nasdaq. І ось Пітерфай узяв провід вхідних даних, призначений для такого термінала, приєднав до нього ще один, а другий, вільний кінець цього останнього під’єднав до електронної схеми, яку його команда програмістів та спеціалістів з обчислювальної фізики створила з нуля і вмонтувала в материнську плату персонального комп’ютера IBM.

Цей IBM застосовував набір програм, написаних самим Пітерфаєм. Одразу ж, як комп’ютер одержував дані від провода — врізки в систему Nasdaq, — його програми-алгоритми аналізували ринок, негайно виносили рішення про необхідні торговельні операції, а далі блискавично вистрілювали команду про ці торги назад через жмут проводів, що вів аж до найглибших глибин термінала Nasdaq. Адже Пітерфай — і ще хвилину тому, до візиту інспектора, ніхто про це не знав — вломився в комп’ютерну систему Nasdaq.

Біржі Nasdaq не потрібен був розголос ані про цей хитромудрий винахід, ані про лабораторію божевільного вченого, який тепер мав доступ до ринку. Адже чи стали б інші біржовики почуватися комфортно, знаючи, що міряються розумовими здібностями з алгоритмами, керованими комп’ютером IBM, а не з подібними до себе любителями азарту, що послуговуються власною інтуїцією? Біржа Nasdaq зовсім не бажала, щоб усе це виходило на публіку.

«Термінал необхідно від’єднати від цього комп’ютера IBM, і всі накази мають вводитися через клавіатуру — видруковуватися один за одним, точнісінько як це робить решта наших клієнтів», — сказав Джонс.

І пішов собі геть.

…Пітерфай стояв посеред свого офіса, розмірковуючи над тим, що, можливо, клало край його бізнесу. Nasdaq для виконання припису свого інспектора дав один тиждень. Думка, що машину доведеться демонтувати, була для Пітерфая нестерпною. Йому не надто хотілося іти й шукати брокерів, хай навіть молодих і за невелику плату, аби ті возсідали на стільцях і вистукували накази, клацаючи на кнопках терміналів Nasdaq. Адже на те, аби усунути з процесу людський компонент з його непостійністю й примхами, у нього пішли роки. І тепер, знову повернувши на місце людей, їхні лінощі і (що найгірше в цьому разі) повільність їхнього видруковування наказів на клавіатурі, було б складно сподіватися на однаковий із нинішнім результат. Словом, його діяльність мала втратити левову частку ефективності за одну ніч. А тому треба було відшукати якийсь кращий варіант…

…Рішення народилося в його мозку надвечір того самого дня, ще перед тим як він поринув у сон у своєму помешканні на Верхньому Іст-Сайді. Воно не було легким для втілення, а проте давало надію. Пітерфай вважав, що викачувати інформацію з термінала Nasdaq він має право, але не чіпаючи самої машини. Отож ніяких проводів-врізок, ніяких приєднаних електронних схем — нічого такого. Але як це зробити?

Він спитав у своєї команди інженерів та спеціалістів з обчислювальної фізики, чи можуть вони спорудити щось таке, що зчитувало б дані просто з екрана (щось подібне до камери), а далі переводило б цю інформацію в електронні біти й надсилало готовому приймати їх персональному комп’ютеру. Відповідь спеціалістів була — «так».

Але канал даних — це лише половина проблеми. Друга половина полягала в тому, як Пітерфаєві здійснювати торговельні операції без гурту брокерів, що сиділи б за терміналами Nasdaq. Надсилати електронний сигнал, напряму вломившись у машини, як дотепер, він уже не міг. Зараз усі торги мали йти через клавіатуру — так, як це наказала робити Nasdaq. І отут Пітерфаєві сяйнула ідея. Божевільна ідея. Чи працюватиме вона, сказати було важко…

…Цілий тиждень Пітерфай та його найкращі інженери як скажені зварювали метал, писали програму та паяли проводи. До лицьового боку термінала Nasdaq вони прикріпили велику дифракційну лінзу, щоб збільшувати текст на екрані. Сантиметрів за тридцять від лінзи було встановлено камеру. Від неї провід вів до комп’ютера, поставленого просто біля термінала.

Лише за декілька днів Пітерфай та його програмісти написали програми для декодування візуальних даних, що мали надходити від камери. Після цього дані ставали придатними до введення на обробку до тих самісіньких Пітерфаєвих алгоритмів, що раніше працювали через пряме з’єднання з терміналом Nasdaq.

Від персонального ж комп’ютера IBM тепер відходив інший провід — він уже не заповзав у термінал Nasdaq, наче підступна змія, а натомість вів до блока-агрегата, що складався з металевих стрижнів, поршнів і важелів і «висів» над клавіатурою термінала. І якщо агрегат із камери та пристрою для зчитування з екрана виглядав просто як хитромудра дивовижа, то ця система вже мала вигляд цілковито фантастичний. Вона навіювала асоціації з хитромудрими механізмами часів промислової революції. Пристрій цей був автоматизованою машиною для друкування, створеною з нуля.

Коли від комп’ютера надходили команди, металеві прутики цієї машини починали делікатно вистукувати на клавіатурі термінала сплески уривчастих звуків у музичній манері стакато. Накази випурхували один за одним, і менш ніж за тридцять секунд їх вводилося кілька десятків.

Усе ґрунтувалося на тому, що біржа Nasdaq висунула вимогу, аби накази про торговельні операції видруковувалися. При цьому вона не уточнила, хто конкретно має їх друкувати. Отож команда Пітерфая створила торговельного — та й друкувального теж — кіборга. І знадобилося їй на це лише шість днів. Пітерфай дотримався букви закону, але — як не крути — порушив його дух. Однак це його вже не надто обходило. Бо Волл-стрит — це не що інше, як темне царство лазівок, обхідних шляхів і чорних ходів, користь від яких дістають найвинахідливіші із шахраїв.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях

Истории

Українці Tough Slate Design отримали «Дерев’яний олівець» D&AD Awards за дизайн книги. Як створювали проект?

Дмитрий Кошельник 25 — мая — 11:04

Tough Slate Design — перше українське агентство, що стало лауреатом престижної міжнародної премії D&AD Awards. Tough Slate Design нагородили «Дерев’яним олівцем» за проект Charles Bukowski Glitch Book. Команда створила дизайн перевидання збірки відомого письменника Чарльза Буковскі «Грай на піаніно п’яно ніби на ударних поки пальці ледь закровоточать». Charles Bukowski Glitch Book існує вже більше п’яти років. Проект встиг виграти ряд престижних нагород, в тому числі премію Red Dot.

D&AD Awards називають «Оскаром» в творчій сфері. На D&AD Awards можна отримати п’ять видів нагород — «Чорний олівець», «Білий олівець», «Жовтий олівець», «Графітовий олівець» та «Дерев’яний олівець». Останній вважається аналогом бронзи. Ми поспілкувались з командою Tough Slate Design та дізнались, як створювали Charles Bukowski Glitch Book, як прийняти участь у D&AD Awards та чому ця нагорода важлива.

Як створювали Charles Bukowski Glitch Book

Тексти Буковскі імпонують команді Tough Slate Design своєю брутальною відвертістю. На їхню думку, сьогодні люди найбільше потребують чесності.

«В його книзі мила картинка щасливого сімейного життя з американських постерів 1960-х руйнується глітчем реальності, сповненої багатоповерхових сенсів, шокуючої прямоти та гострої іронії. Він зрозумів це ще тоді: що хоча і блискуча, але все ж неправда, нікому вже не цікава. Це книга про реальне життя — грубе, розпусне та місцями нетверезе», — розповідають в Tough Slate Design.

В основі концепції стилістики проекту лежить глітч та викривлена реальність. Вона є «п’яною», такою як і сам автор.

«Стилістика, реалізована за допомогою деформації макетів сторінок та «зламаних» ілюстрацій, імітує не тільки спотворене алкогольне сприйняття реальності, але і нонконформістський спосіб життя письменника та його персонажів. Ілюстрації не чисті та м’які, вони “побиті”, бо життя про яке він пише дуже далеке від ідеалу та “американської мрії”. Його герої п’яні та аморальні, відчуття чого підсилюється порушенням звичних правил верстки тексту, наприклад, рядки та строфи ледь нахилені по діагоналі», — пояснили в агентстві.

Тема спиртного проходить лейтмотивом повз всю книгу — нумерація сторінок зображена за допомогою пляшки вина, яка порожніє до кінця прочитання книги, одночасно з підвищенням концентрації алкоголю в крові. Крім цього книга розповсюджується в пакеті з крафтового матеріалу, який використовують при розпитті спиртного на вулицях.

В книзі є ілюстрації, колажі, фотографії та типографія. Щоб все було «косо» та «криво» команді Tough Slate Design довелось вдатися до різних трюків та прийомів: фотографувати клавіші фортепіано через призму калейдоскопа, щоб зімітувати погляд після 10 пляшок пива, топити тексти у воді, м’яти, палити та обливати кетчупом ілюстрації.

«Трьохколірна гама теж вибрана недаремно. Тріада чорного, червоного та білого — один з найпотужніших існуючих контрастів. Кольори працюють настільки активно, бо їх мало — всього три», — пояснюють в Tough Slate Design.

В Tough Slate Design вирішили звузити фокус саме на такому поєднанні, щоб зробити ідею категоричних понять ще гострішою. За їхніми словами, персонажі Буковскі знаходяться поза межею «нормальності», тема дуалізму огидного та прекрасного прослідковується протягом усієї книги: скотобійня, захід сонця, люті мухи, Матісс. Це все контрасти, полярні образи, але їх поєднання «чіпляє» найбільше.

«Взагалі розробка ідеї оформлення книги народжувалась достатньо довго. Робота зайняла близько року, короткими сесіями по два тижні. Ми не поспішали зробити її швидко. Замовник не квапив, тому ми встигли і вникнути, і насолодитись процесом. Ми проаналізували безліч стилістик та технік, ілюстрацій, варіантів оформлення та верстки. Якщо ж об’єднати цей весь час суцільної роботи, вийде приблизно два місяці», — пояснюють в агентстві.

Чому прийняли участь в D&AD Awards лише зараз

В Tough Slate Design пояснили, що причина — в правилах участі в конкурсі. Обов’язковою умовою D&AD є саме комерційна реалізація роботи. Такою книга стала лише восени 2018 року. До цього були проблеми з авторськими правами на тексти Буковскі. Саме тому Tough Slate Design робили самвидав суто для себе, звичайно без комерційного використання. Така робота не відповідала вимогам D&AD.

Як прийняти участь в конкурсі

За словами команди Tough Slate Design, взяти участь може кожен бажаючий. На сайті є детальний опис вимог до роботи, покрокові інструкції для подачі та навіть відео як правильно реєструвати роботу та завантажити зображення.

Спочатку потрібно зареєструватися на сайті, потім в інструкціях знайти категорію, яка є відповідною для конкретної роботи. Наприклад, для Charles Bukowski Glitch Book — Culture, Art & Design Books.

«Після реєстрації слід завантажити зображення-візуалізації проекту, його детальний опис від брифу та концепції до результатів та успіхів продажу. Завантаження відео-кейсу є опціональним, але, як показує практика, це досить виграшна стратегія. Також для деяких заявок обов’язковим є надсилання реальної роботи, щоб журі могло безпосередньо ознайомитися з нею», — пояснюють в Tough Slate Design.

В якості суддів зазвичай запрошують різнопланових фахівців зі сфери, які можуть з усіх сторін та максимально об’єктивно оцінити роботу. Кожного року журі складається приблизно 250 спеціалістів. В 2019 в категорії книжкового дизайну були креативні директори, дизайнери книги, графічні дизайнери та ілюстратори — всього вісім осіб.

В категорії дизайн судді оцінюють три основні критерії — цінність ідеї, якість її виконання, відповідність ідеї меті втілення.

Які вимоги до учасників

Основною умовою є комерційна реалізація між січнем та березнем попереднього та поточного року подачі проекту. Робота має бути публічно доступною через будь-які медіа, затверджена та оплачена клієнтом. Також можливі подачі благодійних кейсів, але до них теж передбачені спеціальні вимоги. Дизайн-концепти, не втілені прототипи — до участі не допускають.

«На нашу думку, робота повинна бути чесною та актуальною для споживача та суспільства загалом, ідея мусить мати не одношарове підґрунтя. Оформлення проекту теж має значення, іноді воно краще допомагає розкрити концепцію. Наприклад, в нашому відео-кейсі Glitch Book поверх зображень та мелодії іде ще звукова доріжка з голосом Чарльза Буковскі, що ще більше залучає глядача до сприйняття візуальної частини книги», — розказали в Tough Slate Design.

Чому отримати «олівець» — це круто

Як пояснили в Tough Slate Design, D&AD була заснована ще 1962 року найкращими тогочасними дизайнерами та арт-директорами, включаючи Девіда Бейлі, Алана Флетчера, Коліна Форбса (один з засновників дизайн-студії Pentagram). В контексті історії дизайну — це чималий вік. За цей час D&AD репутація вже встигла сформуватись та стати безумовно авторитетною на світовому рівні.

«Чому це круто? А що може бути кращим за об’єктивне міжнародне визнання людьми, проектами і вкладом в дизайн яких ти захоплюєшся? Чому ніхто в Україні не отримував? Можна лише припускати, що подібні інтернаціональні конкурси тільки стають відомими в Україні. Бо насправді в нас є багато агенцій, дизайнерів, ілюстраторів роботи яких варті міжнародного визнання», — вважають в Tough Slate Design.

Читайте нас в Telegram

ПОДЕЛИТЕСЬ в соцсетях