Опыт и мнения

«Всю дорогу мысленно молилась». Как украинка эвакуировалась в Прагу и создает образовательное учреждение для детей

03 апреля 2022, 16:00
16 мин чтения
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
Режим чтения увеличивает текст, убирает всё лишнее со страницы и даёт возможность сосредоточиться на материале. Здесь вы можете отключить его в любой момент.
Режим чтения

Режим чтения увеличивает текст, убирает всё лишнее со страницы и даёт возможность сосредоточиться на материале. Здесь вы можете отключить его в любой момент.

Екатерина Харлан — основательница детского сада «Колосочек» и альтернативной школы «Школа Света». Из-за войны ей пришлось эмигрировать из Украины в Чехию, там она помогает организовать украинскую ячейку для детей.

Екатерина рассказала нашей журналистке Ларисе Лавренюк, как уезжала из Киева с тремя детьми (7, 10 и 11 лет), о поддержке и помощи волонтеров и работе в Чехии.

Проекты в Украине

Сначала я открыла детский садик: небольшую группу для своих старших детей. Я не доверяла государственным учреждениям, а 9 лет назад частных детсадов было очень мало. К группе в детском саду присоединились мои знакомые, дальше знакомые знакомых. Так он разросся до 40 детей. Когда дети подросли, возникла мысль открыть школу. Теперь у нас уже пять классов.

Наша «Школа Света» работает как домашнее образование. Мы «подключены» к другой частной школе, имеющей лицензию. Проходим в них аттестации, но учим детей по своему «сборному» подходу на основе гуманной педагогики. Некоторые принципы берем от Новой украинской школы, другие из финской системы. Учителя компонуют разные варианты и подходы, чтобы детям было интересно и получали реальные знания.

Свои проекты я не создавала как бизнес. Это были общественные организации.

О начале войны

Где-то за неделю до полномасштабной войны начались тревожные разговоры среди наших родителей. Все, что происходит дома, лучше видно по детям. В играх они начали готовиться к войне: строили баррикады, собирали «тревожные чемоданчики».

Мы, взрослые, читали новости, но не воспринимали эту угрозу всерьез. 23 февраля, как обычно, попрощались на работе. У всех были свои планы. Утром я собиралась идти на работу, дети — в школу, детсад. Даже после первых взрывов думала, что это диверсия. Не верила, что в Киеве начнется настоящая война.

Мы живем на последнем, 10-м этаже. Поэтому я решила временно перебраться с детьми в детский сад. Там нет подвала, однако он расположен в частном доме. Еще один плюс детсада — в нем был запас продовольствия на неделю-две.

Наш детсад расположен в Святошинском районе Киева. Это недалеко от Ирпеня и Бучи. Были слышны звуки боев в Ирпене в первые дни.

У нас не было всей информации, не знали, где и что происходит. Танки били в Ирпене, а нам казалось, что это на соседней улице.

Пять дней мы жили в детском саду в постоянной тревоге. Последние две ночи прятались у соседки, потому что в ее доме есть цокольный этаж, полуподвал. В воскресенье люди начали говорить, что россияне планируют «градами» обстреливать Киев. Я понимала, что цокольный этаж нас не защитит.

В понедельник, 28 февраля, прочла в интернете, что в Киеве уже работает общественный транспорт. Тогда я решила, что нужно уезжать. У меня есть машина, но я боялась уезжать из Киева за рулем. Планировала общественным транспортом доехать до железнодорожного вокзала, а дальше поездом.

Раньше к нам в детсад ходил ребенок из чешской семьи. С первого дня войны эта семья предлагала ехать в Чехию. Говорили, что у них есть знакомые, которые могут нас принять. Так что я настроилась ехать туда.

О выезде из Киева

Мы с детьми взяли минимум вещей, аптечку, фото родителей и дедов, кошку, собаку. Вышли на проспект Победы, где почти не было людей. Там я поняла, что транспорта не будет. Автобусы ходили в пределах районов, на очень короткие расстояния. Доехать на метро от станции «Святошин» до «Вокзальной» мы не могли. Такси вызвать мы тоже не смогли, ни за какие деньги. Дети предлагали вернуться, и я решила, что будем идти пешком.

Дошли до «Берестейской». За несколько дней до этого туда заехал российский танк и был уничтожен. Детей это еще больше испугало, собака рвалась с поводка. Я боялась останавливать машину. Не знала, кто едет в них, куда нас отвезут.

Вдруг на улице раздалась сирена. Надо было прятаться, но мы не знали куда, стояли посреди улицы, на открытом месте. Я очень испугалась. Подумала, что зря мы рискнули и ушли, что надо как-то возвращаться. В отчаянии просто присела и заплакала.

К нам подошел крупный мужчина в форме с надписью «Спасатель». Теперь я знаю, что буду благодарна ему до конца своей жизни. Он спросил: «Что вы здесь делаете?». Я объяснила, что идем к вокзалу, хотим уехать из Киева.

Он подошел к дороге и сразу остановил автомобиль. Это было такси с двумя пассажирами-иностранцами. Таксист был не очень доволен, что мы с собакой хотим ехать в его машине, но решил не спорить. Нас впихнули в машину, и мы поехали на вокзал.

Ехали долго, объезжали много улиц, доехали до Лукьяновки. Видели, как ловили группу российских диверсантов. Они пытались вывезти из Киева горючее. Иногда было очень страшно.

Эвакуация

Вокзал был переполнен людьми. Здесь к нам присоединилась знакомая, которая планировала ехать в Германию. Стала искать, где купить билеты: ей казалось, что так мы точно попадем в какой-нибудь поезд. И найти и купить их не удалось.

На вокзале мы нашли место, чтобы присесть с детьми на пол. Провели там четыре часа. Потом женщина, которая была с нами, узнала, что на второй путь прибывает поезд в Мукачево. Мы были недалеко от второго пути. Появилась надежда, что нам удастся сесть в этот поезд.

В вагоны сначала пускали женщин с детьми, потом только женщин, и уже дальше мужчин. Где-то через 15 минут дети зашли в поезд. Но я была с большой собакой-лабрадором, еще и без намордника, а проводница не пускала его в вагон. В конце концов я ее уговорила.

В нашем купе было 12 человек. В коридорах тоже сидели люди. Было тесно, кого-то тошнило. Но это уже не имело значения. Главное – мы были в поезде. Ехали в темноте, свет совсем не включали. Иногда поезд останавливался. Видели в окно дальние бои, слышали взрывы.

Всю дорогу я молилась. Было страшно.

Переход границы

Когда вышли из поезда в Мукачево, было ощущение, что мы приехали в другой мир. У людей другие лица, другие глаза. Они спокойно разговаривают, пьют кофе. Словно все, что было в Киеве, мне приснилось.

Я написала в Facebook, что нам нужна помощь. Мои друзья связались с местными волонтерами, которые машиной довезли нас в Ужгород. Дальше другие волонтеры отвезли нас на пешую границу со Словакией. Там мы стояли недолго — до пяти часов. С украинской стороны можно взять чай, вафли, теплые пледы. Было ветрено, холодно, не было мест, чтобы присесть.

Волонтеры бежали навстречу с колясками, чтобы помочь забрать вещи и собаку. Детям предлагали какие-то игрушки, бутерброды, горячий суп. Я спросила, где можно зарядить телефон. Мне сразу принесли повербанк и SIM-карту. Спросила, сколько это стоит. Ответили, что все бесплатно, просто берите.

В эти дни, когда мы ехали из Киева, потом за границей, я не могла даже плакать. Мы вели себя как роботы. Нас вели от палатки к палатке. Что-то говорили, предлагали. Мы со всем соглашались.

Мы должны были ехать в маленькую деревню возле Брно. Квартиру под Прагой, о которой нам говорила семья из детского сада, уже отдали другим людям. Нам помогло найти другое жилье.

От словацкой границы молодые чехи бесплатно вывозили людей бусом. Эти ребята увезли нас в Брно. Дорога от украино-словацкой границы в Брно занимает почти восемь часов. Всю дорогу волонтеры спрашивали нас, хорошо ли мы чувствуем себя, нужно ли нам что-то, нужно ли остановиться, чтобы пойти в туалет. Повели себя очень деликатно, осторожно. Я была поражена их заботой.

В общем, эта фраза — «чтобы вам было комфортно» — все время сопровождает нас в Чехии.

Первые дни в Чехии

В селе возле Брно нас приняла женщина из Харькова, уже 25 лет живущая в Чехии. Она помогла нам оформить документы.

В Чехии украинцам дают визу в год и выплачивают финансовую помощь. Сначала платили 2500 крон на человека. Теперь эту сумму увеличили до 5000 крон. Все документы оформили очень быстро, и деньги мы получили примерно через неделю после приезда.

Хотя в первые дни деньги и не были нам нужны. Женщина из Харькова нашла для нас домик. Люди принесли продукты, средства гигиены — все, что нужно. Там мне предложили работу на фабрике, детям местную школу и детсад.

Конечно, в крайнем случае, я бы пошла работать на фабрику. Но я много лет работаю с детьми. Работа, которую я люблю, поддерживает меня в жизни.

Кроме того, я хочу возвратиться домой, не желаю «пускать корни» в чужой стране.

Украинский класс в Праге

Как создали

В это время в Праге чешские волонтеры решили открывать классы для детей из Украины. Инициировали их, чтобы дети не сидели дома, а родители могли адаптироваться к жизни, решать какие-либо вопросы, оформить документы.

Волонтеры искали человека из Украины, у которого есть опыт, знание украинских школьных программ. Они написали запрос в группу поддержки украинцев. Мама из нашего детсада, о которой я уже упоминала, написала очень хороший отзыв о нашем киевском детсаде и школе.

Ко мне обратился волонтер Милош. Он говорил на ломаном английском, но мы как-то поладили. Милош объяснил, что мы можем жить и работать в его квартире, но необходима помощь с украинской школой. Волонтеры собрали 35 детей всех возрастов, но не было ни помещения, ни людей, которые могли бы заниматься ими. Начинали работать в полуподвальном помещении в здании местного совета.

Екатерина с детьми в Праге

Я с удовольствием приняла предложение. Милош приехал за нами и увез в Прагу своей машиной. Здесь у нас отличные условия: отдельная квартира, хороший район, рядом — лес. Живем сами. Я не получаю зарплату за работу и не плачу за жилье.

В Праге нас снова «подхватили» волонтеры. Привезли продукты, средства гигиены, одежду. Все время спрашивают, как у нас дела, нужно ли что-нибудь. Не устаю удивляться, насколько люди готовы помогать другим. Когда я благодарю за что-то, мне говорят: «Это мы вас благодарим. Вы не по своей воле оказались здесь. Вы взяли удар на себя, и мы все должны вам помогать».

Как работает

Наш класс должен быть «переходным этапом» для детей. Планировали, что они сначала будут ходить в украинский класс, а через несколько дней перейдут в чешские школы. Но мы увидели, что дети не могут так быстро адаптироваться. Некоторые возвращались в наш класс.

Чужая среда — дополнительный стресс для ребенка. Также им сложно за столь короткое время дважды менять школу, каждый раз привыкать к новому коллективу. Они не знают чешского языка и не очень хорошо — английский. И есть еще одна проблема: в чешских школах не так много мест, чтобы принять всех новых детей из Украины.

В конце концов мы все обсудили и решили немного перестроить работу. Каждый день у нас в классе 20-25 детей. 17 из них учатся постоянно. Некоторые дети приходят в коллектив на время, а потом уходят: обычно они переезжают в другую страну или город.

Начинаем день с утреннего круга. Далее дети учатся онлайн, мы подключаем их к украинским школам. Многие частные заведения теперь обучают детей онлайн, бесплатно.

Каждый ребенок присоединяется к своему классу, своим урокам. Мы, взрослые, отвечаем на вопросы, помогаем, когда нужно. Если у детей нет гаджетов, с ними офлайн занимаются наши преподаватели. У нас есть учителя украинского и английского, а я работаю с детьми как психолог.

Потом у нас совместное артзанятие: рисуем, лепим, шьем. Дальше — обед. После него идем на прогулку. Дальше родители забирают детей. Пока работаем до 14.00. Недавно нашли учителя продленного дня, попробуем работать дольше — до 16:00.

Проект на основе церкви

После недели работы в Праге я познакомилась с другими волонтерами. У них хорошее большое помещение на базе протестантской церкви, где хотят сделать государственную украинскую школу. Меня приглашают в качестве директора и организатора.

Может быть, с 4 апреля запустим этот проект. Украинские учителя, которые будут работать в этой школе, смогут получать зарплату. Есть уже много отзывов от преподавателей, которые хотели бы там работать. От детей пока немного.

О киевских проектах

С учителями из киевской школы мы все время на связи. Практически все они остались в Украине. Мы решили возвращаться к урокам с 1 апреля.

Когда между учителями и детьми есть доверие, даже онлайн-общение поддерживает детей. В то же время важно, чтобы у взрослого были силы. Поэтому я не «подгоняла» учителей, не давила на них. Ждали, когда они будут в безопасности, переживут травматические события и предложат проводить уроки.

Воспитатели из нашего детсада, наоборот, почти все разъехались. И одна воспитательница находится в очень опасной зоне. Детям из детского сада я сама начитываю сказки, выхожу на связь, показываю какие-то пальчиковые игры. Это необходимо, чтобы поддерживать связь и с детьми, и с родителями.

Важно, чтобы родители помнили о нас. Знали, что мы хотим вернуться и работать дальше. В общем хаосе это еще и то, на что можно опереться.

Когда началась война, родители очень поддержали. Обычно у нас нет запаса средств. Мы собираем деньги на месяц и практически все за него и тратим. Наша школа только начинала развиваться, а детсад восстановился после всех карантинов. Через неделю после начала войны я попросила родителей о финансовой помощи. Все откликнулись, выслали нам нормальные суммы. Благодаря этому я смогла выплатить учителям заработную плату.

Теперь будем действовать по той же схеме. Посмотрим кто из детей сможет присоединяться к урокам. Определим цену, оплату за уроки, чтобы у учителей было за что жить.

Что сейчас самое сложное в работе

Украинские родители пока не знают, что им делать: оставаться в Праге или ехать куда-нибудь дальше, обустраиваться за границей или ждать возвращения домой. Соответственно, не знают, что делать с детьми: отправлять в украинскую школу или записывать в чешскую, чтобы быстрее учили язык.

Сначала, когда я пришла в школу в Праге, заметила, что дети даже не говорят слова война, Украина. Они словно отстранились, стыдились этого. Я хотела, чтобы дети не боялись сказать вслух, что они украинцы. Мы не «бедненькие люди», приехавшие в другую страну. Мы нация, которая борется за свою землю и культуру. Теперь вижу, как у детей постепенно распрямляются плечи. Они уже отогреваются, рисуют украинские флаги.

Думаю, что обучение в украинских центрах очень поддерживает наших детей. Здесь они могут общаться на одном языке. Рассказывать друг другу, как они убегали от войны, как прятались в бомбоубежищах. У них есть свои общие шутки. Это важно для детей — так они проживают свой опыт.

Из-за войны многие украинцы рассеялись по миру. Я бы не хотела, чтобы мы теперь потеряли нашу культурную «ниточку». Не хочу выглядеть неблагодарной, но очень хочу домой: в свой район, к своим людям. Я не могу до конца радоваться тому, что имею здесь.

У меня ощущение, что живу «на чемоданах». Как только услышу, что можно возвращаться, схвачу чемоданы и побегу домой. Психологически это очень сложно.

Второй момент — то, что в одном пространстве мы собираем очень разных людей: по подходам, видению педагогики, развитию детей. Надо как-нибудь договариваться, но это не всегда удается.

Кроме того, все мы теперь в состоянии горя, еще не прожили свои травмы. Бывает, что малейшая мелочь вызывает очень сильные чувства и эмоции. Словно с нас сняли кожу, и болит от малейшего прикосновения.

Бывают затруднения в организационных моментах. Сложно о чем-то договориться из-за незнания языка.

Как можно помогать Украине из-за границы

Конечно, я все время читаю украинские новости, и мне хочется что-то делать, чтобы помочь.

В первые дни трагедии в Мариуполе в интернете было немного информации об этом. Я увидела видеообращение одного украинского воина. Он рассказал, что происходит в городе. Просил выходить и кричать об этой беде на весь мир. Мы с детьми нарисовали плакаты. Дальше вышли с ними в город, стали у памятника и стояли там час или полтора.

К нам подходили журналисты, недавно выехавшие из Украины. Подходили украинцы. Нас фотографировали, люди выражали соболезнования украинцам. Люди хотели пожертвовать какую-нибудь сумму. Мы поблагодарили и сказали, что денег не собираем. Были там и русские: я слышала их говор и видела, как они обходили нас.

Мы решили выходить так каждое воскресенье. Рисуем новые плакаты, пишем что-нибудь — например, сколько детей убиты в Украине, просим остановить войну.

В украинской армии, в горячих точках, служит мой брат. Ему был очень нужен тепловизор. Я попыталась собрать деньги на это, написала в Facebook. Была шокирована, что через сутки удалось собрать необходимую сумму.

Пытаюсь ответить и как-то помочь всем, кто ко мне обращается. Несколько недель назад мне тоже помогали люди. Теперь, когда я в тишине, в мире, у меня много новых знакомых, могу помогать другим.

Больше об этом

01 Как выжить

Я хочу эвакуироваться в Чехию. Информация о процедуре, выплатах и полезных контактах

Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
Добавить в закладки

Любую статью можно сохранить в закладки на сайте, чтобы прочесть ее позже.

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Как это работает Інвестиції свідомо і з любовʼю. Як і чому українці купують військові облігації
Эти люди купили военные облигации во время войны. Как, зачем и о чем обязательно нужно знать «до»
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
10 мая 2022, 10:10 11 мин чтения
Как это работает Що таке електронний цифровий підпис і де його отримати
Как получить электронную цифровую подпись и для чего она нужна (на самом деле для всего)
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
30 апреля 2022, 18:00 7 мин чтения
Как это работает
Интервью, эмпатия и гипотезы. Как применять Design Thinking в бизнесе
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
26 апреля 2022, 16:00 5 мин чтения
Как это работает
Лучше спросить у клиента. Что такое Customer Development и для чего он нужен
Материал успешно добавлен в закладки Достигнуто максимальное количество закладок
15 апреля 2022, 15:00 6 мин чтения
Загрузка...